Обреченность - Виктория Павлова

В коридоре еще сильнее пахло дымом. От приторного и резкого запаха горелого пластика перехватило горло.

– Надо забрать моего отца. И Джоша. Их нельзя здесь оставлять.

Выстрел и крик раздались совсем близко. Брук поволок меня через очередную кухню. Я попыталась подсечь ему колено или пихнуть локтем в живот, но все запасы глюкозы уже сгорели, сил не было.

– Помоги вытащить отца и скажи, где Джош. Все не обязательно должно плохо закончиться. – Я попыталась уцепиться за кухонный стол здоровой рукой, но ногти бессильно проскребли по столешнице и оставили кровавый след, когда Брук бесцеремонно потащил дальше.

– Маркиз всегда говорил, что Ольденбурги слишком самонадеянны. Теперь я вижу, насколько он был прав…

Брук вытолкал меня в замковый коридор и уверенно свернул налево, хотя выход был с другой стороны. Везде стоял дым и дышалось с трудом.

– Эй, стоять! – От выкрика мы с Бруком одновременно подпрыгнули. Он развернул меня, выставив как живой щит, и прижал пистолет к виску.

Из дыма вышли тени и превратились в Таннера и Уилера с пистолетами на изготовку. Сердце забилось, как сумасшедшее – Виктор врал, все живы! Облегчение сожгло остатки адреналина: если бы Брук меня не держал, я бы упала. Где остальная команда? Они разделились? Уилер кивнул мне, словно поддерживая, Чарли прищурился, играя желваками.

– Тереза, ты ранена? – Он наклонил голову, словно прикидывая, можно ли кинуться на врага незамедлительно.

Ранена? У меня куча синяков и, наверное, перелом, но потом я сообразила, что он спрашивает про кровь на руках и кое-как помотала головой.

– Отпусти ее! – Дуло глока смотрело прямо мне в грудь.

– Какая ирония, – Брук пятился, до боли вжимая пистолет в висок, – живая она все еще ценнее, чем мертвая. Дайте мне уйти, и отпущу.

– Отпусти и уйдешь. – Чарли шел за нами, не опуская пистолет. Уилер взял правее. Раздражение Брука побежало по телу.

– Его нельзя отпускать, – я заговорила, и дым обжег горло. – Он стрелял в Ронни, а еще должен сказать, куда дел Джоша.

Чарли изменился в лице. Такой холодной ярости я у него еще не видела. Все, что произошло в больнице в Бенде, теперь казалось милым детским праздником, а Чарли – уморительным аниматором. Уилер бросил на босса напряженный взгляд.

Брук пятился по коридору. Его нервная решимость сделала меня сторонним наблюдателем.

– Отпусти ее, брось оружие и убери руки за голову, тогда есть шанс, что я не убью тебя сразу. – Чарли шел за нами, не спуская с Брука глаз.

– Наша принцесса не была столь великодушна, когда прирезала маркиза, – прорычал Брук.

Чарли быстро переборол ошеломление и жестко усмехнулся.

– Ваши люди тоже не особо церемонились в лесу, собираясь нас перестрелять, но у тебя есть шанс выжить, если будешь сотрудничать. Они отказались, поэтому мертвы.

Брук толкнул деревянную дверь в самом конце коридора, мы ввалились в темное, пахнущее землей помещение. Он отвлекся на задвижку, я вывернулась и отпихнула его со всей силы. Здесь должен быть еще один выход, иначе Брук сюда не рвался бы. Я заметалась между стеллажами с хламом. В углу стояли лопаты и грабли, около них маячила дверь.

Мне не хватило двух шагов. Брук нагнал и потянул на себя. Я схватила лопату за черенок и воткнула полотно прямо ему в ногу. Он взвыл и отшвырнул меня в угол. Лопаты и грабли загрохотали, я попыталась уберечь правую руку и, повинуясь силе притяжения, распласталась на полу в куче-мале. Парочка острых колышков впились под ребра.

– Догони его! – Чарли наклонился сверху, вытаскивая меня из садового инвентаря. Что? Как?

Уилер кинулся за Бруком. Мысли с трудом ворочались в голове, так же, как и тяжелые деревянные черенки, под которыми я валялась. Я вцепилась в Чарли, как в спасательный круг. Его ярость и боевой раж прояснили голову.

– Пожар… – Даже здесь уже пахло дымом.

– Да, давай выбираться на улицу. – Чарли поднял меня, как пушинку, и потянул к двери в сад.

– Нет, нет, надо вернуться. Там мой отец.

Сквозь густой дым мы пробирались обратно. В какой-то момент оказалось, что с нами идут Мак и Шеферд, и я пропустила откуда они взялись. Дышать стало почти невозможно, от дыма выворачивало наизнанку.

Через тело Виктора на пороге переступили. В кухне творился хаос – стекло хрустело под ногами, а в сизом горячем воздухе все стало призрачным. Путь до кладовки и обратно казался бесконечным. Когда отца осторожно выносили, я обернулась – показалось, Виктор тянет ко мне руку в отчаянной мольбе о помощи.

Мак и Шеферд несли отца через кухонную анфиладу. В последней Чарли что-то прогудел, прислонил меня к стене и исчез в пелене дыма. Я вцепилась в прохладную металлическую ручку, пытаясь понять, стоит ли паниковать или Чарли скоро вернется. То и дело мелькали силуэты или только казалось, в ушах стоял гул, и когда я поскребла ногтем по холодильнику, ничего не услышала.

Из тумана вынырнула тень. Я испугалась, но это оказался Чарли. Он что-то держал в руке, вроде соломинку для коктейля. Смешно, самое время выпить. Чарли протянул руку, и я благодарно шагнула навстречу…

***

Перед носом колыхались травинки. Приятнее, чем кухонный пол, но там я, по крайней мере, помнила, как до такого докатилась. На спине стало удобнее. Сверху раскинулось темнеющее небо и сверкающие звезды. Чистый воздух проник в легкие, я с жадностью вздохнула. Голова жутко раскалывалась, в груди свербело так, что хотелось разодрать кожу и почесаться. Где-то слева звучал голос Чарли:

– Пневмоторакс… дай мне нож… лей… держи так…

Потом донесся какой-то булькающий всхлип и стон. Я повернула голову. Чарли и Шеферд колдовали над телом отца – проделали дырку в груди и вставили туда трубочку. Я так устала, что просто с облегчением отметила факт, что отец дышит, и попыталась сесть. Выплыла из Колорадо, выберусь и из этой передряги.

– Пришла в себя? – Рядом оказался Мак и помог. Его острая печаль прояснила сознание. – Дымом надышалась. Плохо будет.

Я села, пытаясь не упасть. Казалось, мир пустился в пляс сразу по всем направлениям, норовя поменять небо с землей. Посидела, успокаивая головокружение, и посмотрела на Чарли. Он поднял на меня напряженный взгляд.

– Все выбрались?

Мак молча протянул бутылку воды. Я пила, разглядывая дворцовый сад – аккуратно подстриженную траву и ровные ряды