Розовый мед – 2 - Владимир Атомный

Чёрная кошка ещё два раза мне помогла, что по итогу дало завладеть всем её нижним бельём. Также досталась пара от Сонетты: жёлтенькие и ярко-розовые. Большая же часть её запаса ушла Неколине, у сестры остались только единственные голубые.

— Ты же мне отдашь?

— Хе-хе! — коварно и торжествуя посмотрела на неё Чёрная кошка. — Пока нет. Моя месть ещё не случилась.

— Линка! — беспомощно воскликнула Сонетта. — А ты, Самми?

Я быстро глянул на Чёрную кошку и пожал плечами:

— Тебе срочно?

— Эм-м-м… — растерялась Сонетта. — Вообще-то они мне нужны. Ты их забрать что-ли хочешь?

— Придержать, — вклинилась подруга. — Всё равно я украду у тебя их, даже если братик отдаст.

— Так не честно!

— А лупить меня по попе честно?

— Ты заслужила. Нечего без трусов ходить.

— Вот поэтому я буду мстить, — пообещала Неколина с алым пламенем в глазах.

У Сонетты нашлись силы с упрямством, чтобы продолжить спор, я же отлучился в туалет и за одно проверил возможность доставки — она есть. Спонтанному желанию заказать нам десертиков и кофе суждено сбыться, правда я по традиции в пролёте, но ромашковый чай с мёдом тоже можно считать вариантом, а когда я вышел встретить дрон и принял заказ, так вообще едва не взвыл от аромата: они в него добавили ещё каких-то душистых трав и поэтому дух получился головокружительным. Либо же это мёд такой…

Сюрприз удался. Времени, конечно, уже двенадцать, но поллагеря ещё точно не спит. Чем мы хуже?

— Сладкий таймаут, — огласил я. — Вам нужно передохнуть перед следующим раундом. Кто побеждает?

— Ой, Линку не переубедить, — отмахнулась Сонетта и поспешно сунула в ротик ложку с пирожным, — упрямая, как… не знаю кто.

— Ты покушаешься на святое, — парировала Неколина, — в остальных вопросах я бы не стала настаивать. Впрочем, если в тебя добавить капельку дипломатии, то и на счёт нижнего бельишка мы бы договорились. Ты же моя эл-пэ, я люблю тебя и не хочу огорчать.

— Ты тоже моя лучшая подруга. Ну чего тебе стоит носить эти дурацкие трусы? Я же прошу!

— Хочешь, я завтра их надену, а ты выполнишь одно моё желание?

— Только завтра? И что, опять извращенское что-нибудь?

— Гы-гы! — вырвалось у меня.

— Ещё не знаю что. Может быть и извращенское, но обещаю, что не сильно. Умеренно.

— Два дня, — потребовала Сонетта.

Неколина быстро глянула на меня и тут же согласилась, а я отчего-то предположил, что это из-за количества трусиков, а ещё — что у меня будет не один суперприз.

— Давайте обсудим нашу Некрономику? — предложил я, в попытке быть инициативным. — Это ведь наша вселенная. По ней можно не только играть, но ты бы могла и рассказы писать.

Неколина пару раз озадаченно моргнула.

— У меня профиль восемнадцать с плюсом просто.

— Кстати да, — подметила Сонетта.

— В смысле, читатели не поймут? Или что пишешь только хент?

— Ну это ничего, если с моего профиля про Некрономику будет? Репутация там, тоси-боси.

Я озадаченно потёр подбородок, мимоходом отметив, что не взял с собой бритвы.

— Даже не знаю, но вообще пофиг. Как будто в хенте есть что-то такое уж плохое — все смотрят и читают.

— Самми!

Я виновато посмотрел на сестричку.

— Ну, это я обобщил, конечно.

— Ты всё-таки хочешь сделать эту вселенную публичной? — спросила Неколина.

— Вообще-то я хотел, чтобы мы просто обсудили и по-придумывали к ней что-нибудь, а если ты захочешь вести летописи, то тоже круто.

— Довольно неудобная тема, — робко произнесла Сонетта. — Я там пленница же.

— Пхех! — вырвалось у меня. — Поэтому и говорю, что не страшно, если Некалина будет писать — у нас тут подоплёка самая подходящая.

— Ты можешь продумать историю эльфийского леса, — предложила Чёрная кошка, — я продумаю свою, до того, как стала баньши. Ну а Мастер свою, да, братик?

Всё же, как до этого дошло? Я сжал кулаки и стиснул зубы. Всегда думал, что вход в мир аниме-тян и не вход даже, а тернистый путь: на нём тебя ждут каждодневные испытания, проверяющие право на драгоценный гарем. В итоге же было достаточно подружиться с милашкой сестрой и вот уже я по уши в кошачьем обществе. Неколина со своим «Мастером» и полусумасшедшим взглядом будет желание и вызывает пошлые мысли. Какую я придумаю историю о себе при таком облучении?

— Давайте я начну, — заговорила Чёрная кошка, — просто уже вижу свою жизнь до того, как стать призраком. На свет я появилась возле замка местного вассала, мать работала в лесу, собирала ягоду и травы. Родила сама, возле ручья. Я была у неё седьмой. Пуповину перерезала серпом, которым до этого секла траву. И бросила там же, так как прокормить бы не смогла, да и не от мужа я была, а сносильничал маму мою один из глав стражи. Они встретились тоже в лесу.

— Пипец! — покачал я головой. Сонетта же прикрыла рот ладошкой от чувств.

— Смерть была неминуема, рано или поздно меня бы нашли хищники, вопрос стоял лишь кто будет первый. Спасителем стал случай — мать моя была бездарщиной, поэтому не могла знать почему такие сочные травы в этой части леса. И почему таких необычных оттенков. Место оказалось магическим, глубоко под землёй бил исток. Сначала меня стало втягивать в себя мох, а потом разошлись губы земли. Местный леший по неведомой причине проникся ко мне. Около недели я пробыла в подземном мире пронизываемая мощными потоками магических энергий. Шло моё перевоплощение в лесное существо — духа не злого, но и не доброго. В последний день в лес вторглась небольшая армия соседнего вассала. Они рубили деревья и готовились к штурму. Духи леса попытались изгнать агрессивных гостей, но их маг не справился с заклинанием и пустил пал. Штурм состоялся на утро и был успешен, но наш лес перестал существовать.

— Сволочи! Если им лес не был прям необходим, чего было туда соваться?

— Вообще-то нет, — покачала пальцем Неколина, — осадные орудия они как раз из него изготовили.

— Всё равно гады!

— Да, — поддержала Сонетта.

— Вся боль леса прошла через меня и поселила неутолимую жажду мести. На последнем усилии духи изъяли меня из чрева и на спине покидающего лес оленя вывезли из пожара. К тому моменту за счёт магии я уже могла стоять на ногах и логически мыслить, внешне напоминала девочку лет пяти. Наверное, жизнь моя могла бы сложится иначе, если бы из-за пережитой боли глаза не заволокло тьмой. В следующем же селении меня отдали бродячим музыкантам: сброду, каких поискать. Все «прелести» взрослой жизни