Ректор моей мечты. Книга 2 - Диана Билык

– Зачем только?

– Не знаю, но причина есть. Выше нос, подружка, выясним.

– Если он обманул меня намеренно, значит, понимает, что погибнет, Эри. Понимает, что не вернётся. Он отрезал себя от меня сейчас, чтобы я меньше страдала.

– Так и есть. Я сразу заподозрила это, потому что так на любимых, как он смотрел на Ронну, не смотрят. А вот на тебя… да. Проникающе, больно, по-настоящему. Я опытный лекарь, Мэй, и прекрасно вижу, как он на тебя реагирует, пусть и пытается обмануть других. Из-за тебя его качало, из-за тебя бросило в жар и дрожь, а сердце грохало, как молот наковальни. Из-за тебя, дурёха.

– Может, мы ошиблись, и это всего лишь лёгкое недомогание? Или… Эри, он всё-таки на войну уходит. Тревожится, боится… Всё может быть.

Рыжая качнула головой, осторожно расправила нежные воланы на рукаве кремового платья.

– Ректор – и боится идти на войну? Чушь! Идём. – Она вцепилась в мою руку и потащила к Омару. – Успеем. Ты всё у него спросишь в лоб. Пусть признается, а то голову морочит.

Мы перелетели на нужный этаж, бежали так быстро, что я ног не чувствовала, а в груди развернулась настоящая огненная вьюга, выжигающая воздух.

Я увидела его первой. Нариэн стоял ко мне спиной – широкой, но сильно сгорбленной. Дёрнувшись, побежала к нему. Пелена приготовленного портала развернулась, задрожала. Ректор внезапно обернулся. Увидев меня, удивлённо вскинул бровь и… шагнул в туман.

– Нариэн! – Закричав, я отчаянно метнулась вперёд, потянулась, но сквозь пальцы прошла лишь остаточная дымка. Ли-тэ растворился за пределами пространства. Ушёл не прощаясь.

Я не устояла на ногах, упала на колени, взбивая пыль на пятачке, что ещё отдавал тепло магии, и взвыла белугой. Теперь у него нет со мной связи, он не сможет потянуть из артефакта силы, не сможет себя вылечить и защитить. Как же я сразу не поняла, что Нариэн творит? Глупая ревность и беспричинная злость затмили глаза.

– Дура! – Зарычав, спрятала лицо в ладонях, но тут же поднялась и бросилась к Эри. Затрясла её плечи, не соображая, что творю. – Он понял, что мы развязались, и я больше не отдаю ему силы, знает, что обязана буду выйти за другого или умру. Это всё фарс. Нет никакой Ронны. Была – возможно, но сейчас… он… Да я лучше погибну, чем без него!

Я задыхалась от осознания, что могу больше не увидеть, не услышать, не почувствовать Нариэна.

– Тише, не шуми, а то сбегутся стервятники. И так слишком много слухов по академии ходит. Вставай. Он ещё жив, не хорони раньше времени. Стоит всё-таки его проверить, Мэй. Не просто так вас друг от друга так ведёт. Но чтобы проверить, ли-тэ нужен рядом.

Глава 22

Мэйлисса

– Да что ж такое?! – Эри вскочила. На её бледном и всегда спокойном лице неожиданно проявилась звериная ярость, алые пятна покрыли кожу бледных щёк. – Мы уже всё перепробовали! Такого не может быть. – Она суматошно заходила по лаборатории, шаркая сапожками и высоко поднимая длинную юбку. – Ни отвязка, ни призыв, ни увеличение времени до закрепления стигмы – ничего не работает. Тьма! – Пышные воланы на рукавах её платья взлетели вверх и снова опали.

Я встала у стены, чтобы отдышаться. Мы пробовали теперь по несколько раз в день, боясь не успеть, но ничего не получалось. Стигма либо не отвечала, либо пробивала меня острой болью из-за внедрения в её суть. Моя магия не возвращалась, я уже подозревала, что причина именно в истинной паре – он вытаскивает мой дар, чтобы хоть как-то выжить. Не возвращался и ректор. Не приходил призрак. Словно холодное время года не только заморозило землю, но и забрало надежду, растащило моё счастье в разные стороны.

Я уже не просто устала, а хотела всё завершить побыстрее и даже записалась в первые отряды борцов с нечистью. Поскольку магия не вернулась, на поле боя я протяну недолго. Наверное, это выход. Хотя… если мы не отсрочим привязку, я и послужить на благо мира не успею. Печально.

– На сегодня хватит. – Стиснув зубы, Эри собрала со стола бумаги и спрятала реагенты на место, за стекло на одной из полок стеллажа. Руки у неё тряслись, а взгляд, сверкающий слезами, она безуспешно прятала.

– Эри, перестань. Сама говорила, не хорони раньше времени. Ни его, ни меня.

– Так осталось дней… всего ничего… – Она повернулась на каблуках и с тихим шёпотом, похожим на крик отчаяния, произнесла: – Я не хочу тебя потерять, Мэй. На ректора, прости, мне совсем плевать.

Я кивнула. Понимаю её, хотя от брошенных в пылу слов стало не по себе, защемило в груди, сдавило рёбра. Я не могу его потерять. Не теперь, когда нахожусь в одном прыжке от бездны. Пусть не услышала признания, но буду верить до конца, что он – мой ректор мечты. Только мой. И плевать, кто предназначен мне богами.

– Люди смертные, всё равно нас ждёт единственный финал, – выдала я размышление. – Магия не продлевает век, а лишь укорачивает.

– Чтоб её, эту магию. Лучше без неё. Жили бы где-то в тихом городке и горя не знали, а тут метки, зелья и нечисть. Взять бы и убить волшебство на Энтаре.

– Ха, – прыснула я. Собирая осколки колбы, что случайно скинула во время эксперимента, скупо заулыбалась. – Мы учили по истории, что есть параллельные и зеркальные миры, в которых магии совсем нет. Только туда телепорты не настраивают, мол, опасно для жизни одарённых, но, наверное, там очень красиво и спокойно. И точно нет монстров и проклятий.

– Слу-ушай. – Эри присела на край стола и взмахнула воланом рукава, будто отгоняла от себя мух. – А если найти такой телепорт? И тебя туда… фить!

– Непредсказуемо. Вдруг с миром случится беда? Или мгновенная смерть? Не просто так же энтарцам закрыли туда дорогу.

– Погоди. – Она выставила указательный палец и надолго застыла на одном месте. – Я где-то читала об этом.

Рыжая заметалась по лаборатории в поисках своей сумочки. Нашлась та под горой свёрнутых в рулоны бумаг, где Эри мелким почерком выводила формулы эликсира отвязки и увеличения срока, стараясь не отравить меня заодно. Её питьё и заклинания мне хуже не делали, но метка явно сопротивлялась и наказывала за вмешательство. Один раз даже откинула Эрику мощной волной, до того ей не нравилось, что кто-то пытается нарушить закон природы. На плече расцвела настоящая алая роза из ран и тонких жил, что вытекали из сердцевины. Сама же сердцевина почернела и очень тянула,