100 великих рыцарей - Олег Викторович Вовк

В 1254 году пришло известие о смерти Бланки Кастильской, так и не дождавшейся возвращения сына из похода. Горько оплакивая эту утрату, король отплыл во Францию. Из Святой земли Людовик привез бесценную реликвию – терновый венец Иисуса Христа. Для нее выстроили дворцовую капеллу, где король любил проводить время в благочестивых размышлениях.

Тем временем султан Бейбарс, воскресивший могущество Саладина, направил все усилия на борьбу с колониями крестоносцев. Он взял и разрушил Яффу, Кесарию, Назарет, Арсуф и Антиохию. Господству христиан в Сирии пришел конец, в их руках осталось лишь несколько прибрежных городов. Ни иерусалимского короля, ни его королевства более не существовало.

Долгое время королеве Маргарите удавалось удерживать благочестивого супруга от нового крестового похода, отвлекая его от этой навязчивой идеи важными и не очень важными государственными делами. Однако летом 1270 года Восьмой крестовый поход все-таки состоялся, хотя желающих участвовать в нем нашлось немного. Для того, чтобы привлечь рыцарей в свое войско, король даже взял на себя путевые издержки и назначил им жалование. Ничего подобного раньше не было. Но времена менялись: теперь увлечь людей заморскими авантюрами, используя один лишь религиозный экстаз, не представлялось возможным.

В этом крестовом походе, оказавшимся последним, короля сопровождали три сына, два брата, зять и дочь (король и королева Наваррские), а также графы Артуа, Бретонский и Фландрский. Поход был чисто французским. По совету брата короля, Карла Анжуйского, преследовавшего своекорыстные интересы, целью похода избрали Тунис.

Четырнадцатого июля флот подошел к берегам древнего Карфагена. Захватив развалины крепости, крестоносцы забили пробоины в стенах досками и обвели укрепления рвом. Сарацины блокировали крепость. Вскоре умиравших от жажды людей начала косить эпидемия чумы. В числе первых умер сын Людовика Тристрам, а скоро заболел и сам король. Предчувствуя близкую кончину, король-крестоносец составил завещание для своего сына Филиппа Смелого и, помолившись, скончался. После заключения перемирия гроб с его телом погрузили на корабль и отправили во Францию. Уже в дороге умерла молодая жена Филиппа. Трижды горестным стал этот путь для Филиппа Смелого, увозившего на родину останки отца, жены и сына.

Франция, утратившая обожаемого монарха, погрузилась во всеобщую скорбь. Но король Людовик IX не умер в памяти людей. Труверы и трубадуры переложили народную скорбь в песни, а церковь причислила его к лику святых.

Что до христианских владений в Святой земле, то они доживали свои последние дни. Преемник Бейбарса, султан Калаун, а затем его сын Халиль нанесли им завершающий удар и полностью уничтожили. Владычество христиан в Палестине, а с ним и эпоха крестовых походов, окончательно ушли в прошлое.

КНИГА ТРЕТЬЯ

ЗОЛОТОЙ ВЕК РЫЦАРСТВА

БАТАЛИЯ ПЕРВАЯ

ЗАЩИТНИКИ ЗЕМЛИ РУССКОЙ

1. СВЯТОЙ РАТОБОРЕЦ

АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ (1220-1263, великий князь Владимирский с 1252 г.)

Имя Александра Невского, выдающегося полководца, искусного воина и блистательного дипломата, овеяно неувядающей славой. Всю свою короткую жизнь он посвятил защите Родины, обороняя русскую землю от нападений многочисленных врагов, оберегая ее от гнева всемогущего татарского хана. В прекрасном нравственном облике князя Александра запечатлелись такие замечательные черты, как беззаветное мужество, трогательное мягкосердечие, сострадание к бедам своего народа и стремление к славе родной земли. Неизвестный автор «Жития князя Александра Невского» так характеризует его физический облик: «Ростом он был выше прочих людей, а голос его [раздавался] как труба в народе, а лицо его было как лицо Иосифа [Прекрасного]».

Александр, сын великого князя Ярослава Всеволодовича, родился в Переяславле-Залесском, но его блестящие победы связаны с Великим Новгородом, князем-наместником которого он стал с 1236 года. Первыми испытали на себе мощную длань молодого князя шведы. Летом 1240 года 5-тысячное войско шведов на ста небольших кораблях (шнеках) вошло в Неву и расположилось лагерем у устья Ижоры. Ярл Биргер, предводитель шведов, направил 20-летнему новгородскому князю дерзкий и презрительный вызов: «Ратоборствуй со мной, если смеешь. Я уже воюю твою землю».

Александр Ярославич собрал дружину и сказал ей: «Нас немного, а враг силен. Но не в силе Бог, а в правде. Идите с вашим князем!».

Дружина Александра Ярославича спешно выступила в поход, соединилась в пути с отрядами ладожан и ижорцев, и к утру 15 июля, преодолев около 150 километров, вышла к шведскому лагерю. Осмотрев его из укрытия, молодой полководец быстро составил план сражения, главным фактором которого была внезапность. Конная дружина князя атаковала лагерь противника на берегу, а пешие ополченцы под командованием новгородца Миши наносили тем временем удар вдоль реки, уничтожая мостки, соединявшие корабли с сушей, и препятствуя высадке шведов на берег. Разъединив, таким образом, силы врага, Александр Ярославич намеревался загнать шведских рыцарей, беспечно раскинувших шатры на берегу, в угол, образуемый берегами Невы и Ижоры, а затем сбросить их в воду.

Этот смелый замысел был блестяще претворен в жизнь. Молодой князь во главе своей дружины стремительно ворвался в самый центр вражеского лагеря и ударом копья ранил шведского полководца в лицо: «… возложил Биргеру печать на лице острым своим копьем». Раненный ярл пал на руки оруженосцев. Так, в первую же минуту сражения, шведы лишились командующего, что, естественно, вызвало хаос и неразбериху в их рядах. Однако они не сдались без боя, и сеча закипела по всему берегу.

Летопись повествует о подвигах шести русских воинов в Невской битве. Молодой дружинник Савва подрубил столб шатра вражеского военачальника. Падение шатра Биргера посеяло смятение среди шведов и вызвало ликование русских воинов. Новгородец Сбыслав Якунович, врезавшись в толпу шведов, поразил многих из них ударами боевого топора. Полочанин Яков столь же доблестно бился мечом, за что и заслужил похвалу от самого князя. Дружинник Гаврила Олексич, преследуя шведского воеводу, верхом на коне взлетел по сходням на корабль. От его руки пали воевода, епископ и несколько простых воинов. Новгородец Миша с отрядом ополченцев захватил три вражеских шнеки и, перебросив находившихся в них рыцарей через борт, отправил корабли на дно. Слуга Александра, Ратмир, надежно прикрывая князя от наседавших шведов, получил множество ранений, от которых и скончался уже после битвы. Меч Александра Ярославича также не бездействовал, поминутно обагряясь вражеской кровью.

Победа в битве на Неве, одержанная благодаря таланту молодого новгородского князя, была достигнута с минимальными потерями – по данным летописи, погибло всего 20 дружинников. Что касается шведов, то им был нанесен тяжелый урон: пало 200 знатных рыцарей, а «прочих же без числа». За эту первую славную победу народ русский присвоил князю Александру Ярославичу почетное прозвище – «Невский».

Наступило недолгое мирное затишье. Надменные новгородские бояре,