100 великих рыцарей - Олег Викторович Вовк

– Но у меня нет того, что вы просите! – несколько обескуражено ответил Уильям.

Мандевилль сделал вид, будто несказанно удивлен:

– Да не может этого быть! – в притворном изумлении воскликнул мошенник. – У вас должно быть не меньше четырех или пяти взятых с бою скакунов с полной сбруей!

Уильям совсем растерялся, покраснел и опустил голову. Он не хотел рассказывать насмешнику о том, что в азарте первого сражения думал лишь о подвигах и славе, а вовсе не о добыче. Неопытный и простосердечный рыцарь не только не захватил ни одного трофейного коня, но и лишился своего собственного, пронзенного копьем в самом разгаре битвы.

Дядя Уильяма, слышавший весь этот разговор, многозначительно помалкивал, пряча в пышных усах хитрую усмешку. Он полагал, что его горячий племянник получил неплохой урок. Уильям и сам это понял, когда подумал о завтрашнем дне. Обратившись к дяде, он сконфуженно попросил одолжить ему какую-нибудь лошадь, хотя бы самую плохонькую, обещая вернуть ее после первого же боя. Камерарий напустил на себя задумчивый вид и, помолчав с минуту, поинтересовался, что он получит взамен. Маршал, не имевший ни гроша за душой, предложил в залог самое ценное из того, чем располагал – плащ, в котором его посвятили в рыцари.

Этот урок Уильям усвоил на всю жизнь. Ему не на кого было рассчитывать, и в случае гибели боевого коня, поломки меча или утраты любой части вооружения, бедный рыцарь не смог бы принять участия в следующем бою. С тех пор он никогда не пренебрегал трофеями. Уже через несколько дней Уильям захватил пару прекрасных коней и вернул себе рыцарский плащ, которым очень дорожил.

Вскоре война закончилась, но Уильям Маршал быстро нашел новое применение своей ловкости и отваге. В течение 16 лет он блистал на турнирах, снискав грозную славу первого рыцаря королевства. Однажды, едва вступив на ристалище, он бросил вызов пяти противникам одновременно и победил их всех. Один из придворных, с восхищением наблюдавший за этой небывалой схваткой, сказал принцу Генриху, сыну Генриха Второго: «Армию, которую поведет за собой этот юноша, будет нелегко одолеть!».

На турнирах Уильям обыкновенно придерживался одной излюбленной тактики: оглушив или ошеломив противника стремительным нападением, он железной рукой хватал его коня под уздцы и оттаскивал всадника, несмотря на сопротивление, за пределы арены, где тот, в соответствии с турнирными правилами, был вынужден признать себя пленником, а затем выплачивать победителю выкуп. Иногда противник Маршала, избегая плена, успевал соскочить на землю, но и в этом случае король поединщиков не оставался в накладе, ведь ему доставался боевой конь соперника – самый ценный и желанный приз рыцаря-победителя.

За долгие годы, проведенные на турнирной арене, Маршал захватил несметное количество боевых трофеев, но не превратился при этом в стяжателя. Уильям был щедр и даже расточителен, часто залезал в долги, что, по понятиям того времени, нисколько не роняло его рыцарского достоинства. Да и побежденных им в бою или на турнире он никогда не обирал до нитки, а иногда и вовсе отпускал с миром, не взяв себе ничего. Один любопытный эпизод прекрасно иллюстрирует эти слова. Однажды, в ту пору, когда слава его уже гремела по обеим сторонам Ла-Манша, Уильям Маршал стал свидетелем того, как 60 английских рыцарей, приперев 15 французов к стене фермерского дома, принуждали их к сдаче. Те решительно отказывались, продолжая отчаянное, но, увы, бесполезное сопротивление. Завидев Маршала, французы закричали, что они либо сдадутся этому достойному человеку, либо умрут на месте. Тогда Уильям подъехал ближе и принял капитуляцию французских рыцарей. Англичане, лишившиеся, таким образом, вожделенной добычи, начали возмущаться и потрясать оружием, но когда Уильям заявил, что с удовольствием даст удовлетворение любому, кто пожелает скрестить с ним мечи, их пыл немедленно угас. Не осмелившись принять вызов современного Ланселота, буяны пристыжено покинули место действия. А тот, похвалив французов за мужество, проявленное в борьбе с численно превосходящим противником, отпустил их восвояси без всякого выкупа. Прощаясь с Уильямом, растроганные дворяне поклялись вечно хранить память о его благородном и великодушном поступке.

На королевскую службу Маршал был приглашен в 1169 году Элеонорой Аквитанской, супругой Генриха Второго. Королева, восхищенная доблестью и благородством молодого рыцаря, именно его выбрала в качестве воспитателя своего старшего сына, Генриха Молодого Короля. В юном принце Уильям обрел родственную душу. Генриха интересовали только поединки, сражения и осады, поэтому молодые люди быстро подружились. Благодаря заботам Уильяма и природным качествам самого Генриха, из принца очень скоро вырос железный боец, под стать своему наставнику. В групповых турнирных боях они всегда бились бок о бок. В начальном этапе схватки друзья обычно не участвовали, расположившись позади и внимательно наблюдая за происходящим на арене, но когда в седле оставались только самые сильные рыцари, Уильям и Генрих, нацелив копья и пришпорив коней, вихрем налетали на них, сметая всех на своем пути.

На протяжении полутора десятка лет Генрих Молодой Король был для Уильяма одновременно и близким другом, и высоким покровителем, поэтому нетрудно вообразить себе горе славного рыцаря, когда принц внезапно скончался в самом расцвете лет. После похорон скорбящий друг принял на себя все обязательства покойного, как материальные, так и духовные. Выплатив кредиторам Генриха 100 серебряных марок, Уильям, во исполнение принесенного принцем обета, отправился вместо него в крестовый поход. Там, по словам анонимного поэта XIII века, герой «за год совершил больше подвигов, чем иные за семь лет».

По возвращении из Святой земли доблестному крестоносцу нашлось место при королевском дворе. Генрих II, распознавший в нем не только многоопытного воина, но и мудрого советчика, выделил Уильяму значительный фьеф. Теперь наш герой был богат. Денно и нощно занятый на службе, он почти перестал появляться на турнирах. Забот у него хватало, поскольку королевское семейство разделила смертельная вражда.

Генрих II Плантагенет, известный сластолюбец, давно покинул состарившуюся супругу и проводил все свободное время в замке Вудсток в объятиях прекрасной Розамунды. Но Элеонора была не из тех женщин, что легко прощают подобного рода обиды. Улучив благоприятный момент, когда Генрих отсутствовал, мстительная королева сумела под покровом ночи проникнуть в хорошо охраняемый замок и, прокравшись через лабиринт пустых темных залов, с кинжалом в руке (по другой версии легенды, с чашей, наполненной ядом) предстала перед соперницей. Элеонора убила ненавистную фаворитку, но ее ожесточенное сердце не смягчилось и после этого. Обманутая королева настроила против Генриха старших сыновей, Ричарда и Жоффруа, и те подняли в государстве открытый мятеж. Даже принц Джон, любимчик короля, предал отца и принял участие в заговоре. Впрочем, низкий и