Тихие люди - Пол Клив
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Еду прямиком к границе фермы. По шоссе прошуршала пара автомобилей, но благодаря деревьям меня едва ли кто-то заметил, – а если и заметил, что с того? Никаких законов я не нарушаю.
Во всяком случае, пока.
Выбранный маршрут приводит меня одновременно и к шоссе, и к краю фермы. По асфальту я точно покачу куда быстрее. Перед цепочкой деревьев вырастает проволочная ограда в метр высотой. Я поднимаю велосипед и опускаю его на той стороне ограды, перелезаю и пробираюсь между деревьями. На одной из соседних ферм громко мычит корова: то ли потерялась, то ли проголодалась, то ли инстинктивно чует, что в эту теплую, мирную ночь проникло нечто опасное.
Я сижу на велосипеде на обочине дороги в полной неподвижности.
Чушь полнейшая.
Да, полиция допустила серьезные ошибки, но мне стоит признать: копали они в верном направлении. Подозревали Лизу и меня, и промахнулись только наполовину. Да и как они могли вывести злодеев на чистую воду, если один из детективов вставлял палки в колеса остальным? Поиски Зака слишком важны, чтобы заняться ими в одиночку. Что, если я явлюсь в дом Томпсона, а он окажется сильнее? Или я убью его прежде, чем он откроет, где Зак?
Надо срочно позвонить детективу Кент.
Ее номер я не помню и потому воспользоваться запасным мобильником не могу, а собственный оставил в доме. Снова смотрю на текстовое сообщение, состоящее из одного-единственного слова. Тут меня осеняет, что существует изящный способ обойтись без упоминания о мобильнике Локвуда, объясняя, откуда мне известен номер Томпсона. Я просто-напросто завожу его в мобильник как снабженный именем новый контакт.
Обратно я качу по шоссе. Так быстрее и проще; если Рестлер еще где-то здесь, тем лучше: я попрошу его связаться с Кент. Единственная проблема: если он и наблюдает за фермой, то откуда-то сильно издалека. Видимо, припарковался где-то за поворотом, потому что я никого не вижу. В итоге я перелезаю через ограду рядом с воротами, но оставляю велосипед. Бегу по подъездной дорожке. Окна в доме до сих пор темны, и это хорошо: мне ничего не хочется объяснять Кроссам, – ни до звонка детективу Кент, ни после. Иду вдоль стены, поднимаюсь на террасу, двери гостиной разъезжаются. Из кухни сюда падает холодный, тусклый свет. Андре или Рита, наверное, роются в холодильнике, устроив ночной перекус.
Не хочу говорить с ними.
Мне всего лишь нужно забрать мой мобильник.
Я тихо вхожу в дом. Проходя через гостиную, вглядываюсь в темноту кухни. Действительно, дверца холодильника приоткрыта, но перед ним никого нет. Я делаю еще шаг, меняя угол обзора, и этого достаточно, чтобы увидеть Андре: он лежит лицом вниз в лужице шоколадного молока, неловко подвернув под себя руку. Кан стоит рядом, с жадностью лакая свалившееся с небес угощение.
Глава восемьдесят девятая
Выгоревшие стены поддерживают подпорки. Та половина ската крыши, которая не обрушилась, покоится на улице перед домом, а вторая, грохнувшаяся с высоты, лежит почти плашмя, в нескольких точках опираясь на обломки стен, которые подмяла под себя при падении. Инженеры пытаются изобрести наилучший способ подвести под нее стропы; вернее, любой способ, который не потребует от кого-то ползти под здоровенным куском крыши сквозь черные руины. Ребекка светит фонариком в щель – туда, где раньше располагалась прихожая. Рассказ женщины-инженера подтверждается: в нескольких метрах от входа видны доски, плавающие в темной воде. Ребекку немного мутит от этого зрелища. Выходит, все это время Питтман держал похищенных детей здесь, в каком-то подземном бункере? Новость, что Зака Мердока в машине Питтмана не оказалось, уже стала всеобщим достоянием. А теперь, едва распространится слух об этой потайной комнате, все в городе зададутся страшным вопросом: неужели, когда Кэмерон Мердок сжег этот дом, его сын находился внутри?
Кого Питтман решил вчера перевезти первым? Зака или Райана?
Пространство между крышей и полом невелико, не пролезть, но просунуть камеру вполне позволяет. Женщина-инженер, обнаружившая комнату, присев рядом с Ребеккой, привязывает тяжелый болт к длинной веревке. На ней белый респиратор, потемневший от пепла и пыли; Ребекка предполагает, что ее собственная маска выглядит не лучше. Когда грузило оказывается надежно закреплено, инженер просовывает руку под железный край крыши и бросает болт в воду. С громким «плюх!» веревка натягивается и начинает погружение, проскальзывая сквозь ладони. Когда она останавливается, инженер определяет, сколько веревки осталось, и быстро делает вычисления.
– Что бы там ни было, глубина составляет два метра. Или больше, если болт встретил под водой какое-то препятствие.
– Нужно спустить туда кого-нибудь, – замечает Ребекка.
– Так мы и поступим, но сначала предстоит придумать, куда деть этот кусок крыши, не повредив остального. Лучшее, что я пока могу предложить, – это приподнять его немного и начать откачивать воду.
Насосы и шланги уже в пути; воду закачают в большие резервуары, а потом процедят – на случай, если в помпу попадут какие-то улики. Скоро прибудет и дайвер с аквалангом. Если получится убрать крышу, он спустится с фонарями, чтобы осмотреться.
– Если там комната средних размеров… скажем, двенадцать квадратов… то речь идет о двадцати четырех тысячах литров воды. Насос рассчитан на откачку пятнадцати тысяч литров в час, так что нам…
– А если бросить туда для ускорения процесса второй насос?
– Я этим займусь. Судя по всему, она была хорошо спрятана… – говорит инженер.
– Простите?
– Комната. Ну, то есть вы же тут все обыскали, верно? И вот еще что: если речь идет о комнате площадью около двенадцати квадратных метров, то из-под дома кто-то выгреб огромное количество земли. Вероятно, это произошло еще сорок лет назад, когда шло строительство.
– Ее нет на чертежах.
– Ну, возможно, тот,
