Клуб мертвых - Шарлин Харрис

Эрик, – он просто мусор. Но на него можно положиться, потому что он в большом долгу лично передо мной.

Я переварила это и кивнула. Длинные пальцы Эрика казались почти согревшимися.

– Он введет тебя в сообщество вампиров Джексона, и ты сможешь заглянуть в мысли работающих на них людей. Я знаю, что шансов мало, но, если мы двигаемся в правильном направлении, если Рассел Эджингтон действительно похитил Билла, ты можешь что-то выяснить. Судя по счетам из машины, байкер, который пытался тебя похитить, приехал из Джексона. С учетом волчьей головы на куртке можно предположить, что он был из оборотней. Я не знаю, зачем ты им понадобилась. Но, подозреваю, это означает, что Билл жив и они планировали использовать тебя, чтобы чего-то от него добиться.

– Тогда, я полагаю, им следовало охотиться за Лореной, – бросила я.

Глаза Эрика расширились: он явно оценил мои слова.

– Возможно, она уже у них, – отметил он. – Но, может быть, Билл успел понять, что именно Лорена предала его. Его не похитили бы, не выдай она секрет, который он ей доверил.

Я снова кивнула, размышляя над этим.

– Другой вопрос, почему она вообще оказалась там, – сказал Эрик. – Полагаю, я узнал бы, если бы она присоединилась к сообществу Миссисипи. Но над этим я подумаю в свободное время. – Судя по мрачному выражению лица, Эрик успел потратить на раздумья достаточно времени. – Если этот план не сработает и ты ничего не узнаешь в течение трех дней, нам, возможно, придется похитить одного из вампиров Миссисипи в ответ. Это почти наверняка приведет к войне, а война… даже война с Миссисипи… означает потерю жизней и денег. И в конце концов они все равно убьют Билла.

Эти слова тяжелой глыбой придавили мне плечи. Спасибо, Эрик. Мне так не хватало ответственности и давления.

– Но знай: если Билл у них, если он все еще жив, мы вернем его. И вы снова будете вместе, если ты этого захочешь.

Ух ты. Как много «если».

– Отвечая на твой вопрос: я твой друг и буду им до тех пор, пока наша дружба не будет угрожать моей жизни. Или будущему моего округа.

Что ж, он очертил границы. Я была благодарна за прямоту.

– До тех пор, пока тебе будет удобно, – спокойно сказала я. Это было несправедливо и не соответствовало истине. Однако то, что его, похоже, действительно волновало мое мнение, казалось странным. – Позволь мне кое о чем спросить, Эрик.

Он поднял брови, молча ожидая продолжения. Он рассеянно поглаживал мое предплечье кончиками пальцев, словно даже не осознавая, что делает: так озябший человек протягивает руки к огню в надежде отогреться.

– Если я правильно тебя поняла, Билл работал над каким-то проектом для… – я почувствовала подступающий смешок и безжалостно подавила его, – для королевы Луизианы. Но ты ничего об этом не знал. Правильно?

Долгое мгновение Эрик смотрел на меня, видимо, раздумывая, что мне сказать.

– Она сказала мне, что у нее есть работа для Билла, – наконец ответил он. – Но я не знаю, в чем состояла эта работа, почему королеве потребовалось, чтобы ее выполнял именно Билл, и успел ли он закончить.

Любого руководителя разозлила бы необходимость уступить своего подчиненного. Тем более для задачи, о которой ничего не известно.

– Так почему королева не ищет Билла? – спросила я с подчеркнутым равнодушием в голосе.

– Она не знает, что он пропал.

– Почему?

– Потому что мы не сказали ей.

Рано или поздно он прекратит отвечать.

– Почему нет?

– Она накажет нас.

– За что? – Я напоминала самой себе двухлетнего ребенка.

– За то, что мы позволили чему-то плохому случиться с Биллом, когда он занимался выполнением ее задания.

– Как именно она вас накажет?

– Зная ее, сложно предположить. – Он сдавленно хохотнул. – Она придумает что-то очень неприятное.

Эрик наклонился ближе, почти зарывшись носом в мои волосы, и тихонько дышал их запахом: вампиры полагались на обоняние и слух больше, чем на зрение, хотя их зрение тоже было нечеловечески острым. Эрик пил из меня и различал мои эмоции лучше, чем другие вампиры. Все кровососы изучали человеческие эмоции – лучшие хищники всегда изучают добычу.

Эрик потерся щекой о мою щеку. Он ластился ко мне, как огромный кот.

– Эрик… – Он рассказал мне больше, чем думал.

– М-м?

– Послушай, что королева сделает с тобой, если ты не вернешь Билла к тому дню, когда он должен был закончить проект?

Вопрос принес ожидаемый результат. Эрик отстранился и посмотрел на меня сверху вниз. Взгляд у него был темнее и жестче моего. И холоднее, чем арктический фьорд.

– Сьюки, ты правда не хочешь об этом знать, – сказал он. – Нам достаточно предоставить результат его работы. Присутствие Билла будет приятно, но не обязательно.

Я посмотрела на него в ответ почти так же холодно, как он.

– И что я получу, если стану работать на тебя? – спросила я.

Каким-то образом Эрику удавалось выглядеть одновременно удивленным и радостным.

– Если бы Пэм не намекнула тебе насчет Билла, его возвращение было бы достаточной наградой, и ты, не раздумывая, ухватилась бы за возможность помочь, – напомнил он мне.

– Но я узнала о Лорене.

– И, зная о ней, ты согласна участвовать?

– Да, с одним условием.

Эрик насторожился.

– С каким же? – спросил он.

– Если со мной что-то случится, ты должен будешь ее убить.

Он смотрел на меня изумленно по крайней мере секунду, прежде чем расхохотаться.

– Мне придется заплатить огромный штраф, – сказал он, отсмеявшись. – При условии, что мне это удастся. Легче сказать, чем сделать. Ей три сотни лет.

– Ты сказал, с тобой произойдет что-то ужасное, если об исчезновении Билла станет известно, – напомнила я ему.

– Верно.

– Таково мое условие.

– Из тебя могла бы выйти неплохая вампирша, Сьюки, – хмыкнул Эрик. – Ладно. Договорились. Если с тобой что-то случится, Билл ей не достанется.

– О, дело не только в этом.

– Нет? – он скептически выгнул бровь.

– Она предала Билла.

Эрик посмотрел мне в глаза. Его взгляд был жестким.

– Скажи, Сьюки, ты просила бы меня об этом, будь она человеком? – Привычная усмешка покинула его лицо, и широкие тонкие губы сложились в строгую прямую линию.

– Если бы она была человеком, я бы разобралась с ней сама, – сказала я и встала, чтобы проводить его до дверей.

После того как Эрик уехал, я оперлась о дверь, прижавшись щекой к древесине. Я действительно имела в виду то, что сказала? Могу ли я вообще считать себя порядочным человеком? Я старалась быть порядочной, правда, но, когда я сказала, что разобралась бы с Лореной сама, я была искренна. Во мне скрывалось