Там, где цветёт багульник - Элен Скор

Время тянулось на удивление медленно. Благодаря усилиям Зои мы и пообедали и пополдничали. Утомившись, Машенька так и уснула, прямо тут, на узлах.

Где-то за час до отправления поезда, Семён узнал, на какую платформу прибывает наш состав и без носильщика перетаскал наши вещи к нужным вагонам. Оказалось, в поездах дальнего следования на билетах нет номеров с местами. Нет багажного отделения и вагона ресторана тоже нет.

Бывает, что мест на всех не хватает и тогда приходиться дожидаться следующего поезда, оттого купленный билет действует несколько дней, а дальше всё зависит от количества пассажиров.

Так что нам нужно успеть занять место.

Не одни мы оказались такие продуманные, но благодаря стараниям Семёна и Зои мы успели занять купе в середине вагона. Все вещи и узлы пришлось распихать по углам, но главное – мы сели.

Устроив нас, Семён ушёл, ему тоже нужно было занять место. Хоть он и поставил у вагона Потапа Ивановича, но старика могли просто смести толпой.

Оставив в купе Зою и Машеньку, я вышла на перрон и прошлась мимо вагона третьего класса, успокоилась, только увидев в окне довольное лицо Потапа Ивановича. Значит, место занять он успел.

Те временем на соседний перрон прибыл поезд из Санкт-Петербурга, но я была слишком занята и не обратила на него внимания, вернувшись в свой вагон, а буквально через пару минут, объявили наше отправление.

Санкт-Петербург, Перовский.

Написав несколько писем, отправил их по разным адресам. Отдельно черкнул несколько строк отцу, сообщая, что возвращаюсь в своё московское имение. К этому времени Никита успел собрать наши вещи, несколько саквояжей стояло у дверей гостиной.

Я взглянул на часы, до отправления вечернего поезда оставалось чуть больше часа. Я даже почувствовал некоторое облегчение, Петербург, с вечными ветрами и туманами, всегда навевал на меня некоторую грусть и меланхолию.

Вокзал встретил привычным шумом, по долгу службы я часто бывал в разъездах. Иногда в дороге проводил больше времени, чем дома. Оставив Никиту с вещами, отправился прямиком к дежурному по вокзалу.

- Приветствую, Поликарп Иванович.

- Алексей Борисович! Снова вы! Намедни ведь только прибыли!

- Служба, Поликарп Иванович, сами знаете.

- Знаю, - вздохнул тот, - в Москву?

- В неё, родимую, - кивнул я.

- Сейчас, сейчас, сделаем всё в лучшем виде!

Спустя несколько минут я уже держал в руках билет, радуясь, что имею возможность передвигаться по железной дороге бесплатно, оттого и знаю в лицо почти всех начальников вокзалов. А уж столичных – тем более. Все расходы брало на себя министерство.

Никита уже нашёл носильщика, весь наш багаж был аккуратно сложен на небольшую тележку. Ещё раз взглянул на часы, время до отправления есть. Махнул мальчишке газетчику, купив несколько газет. Будет что почитать в дороге, я твёрдо решил отложить дела в сторону, последний месяц меня порядком вымотал. Ещё этот граф Никитин! Не мог помереть чуть позже.

И откуда у него такая взрослая дочь?

Перед глазами встал образ хрупкой рыжеволосой девушки с голубыми глазами и очень светлой кожей. Если поначалу я ещё сомневался, то теперь понимал, что Анна очень похожа на отца, он до последнего щеголял рыжими кудрями и соломенными усами.

Что-то толкнуло меня в бок, приводя в себя. Я так задумался, что даже забыл где нахожусь. Поезд уже подали к перрону, и толпа пассажиров радостно штурмовала вагоны.

Отыскав глазами старого дворецкого, я махнул ему рукой, направляясь к вагону первого класса. Народа тут было намного меньше, знакомый проводник, раскланявшись, помог перенести в купе наши вещи.

- Располагайтесь, Алексей Борисович. Сейчас как тронемся, я вам чайку принесу, как вы любите.

Я кивнул, сунув в подставленную ладонь несколько монет, на что Никита покачал головой. Старый дворецкий не одобрял моей расточительности. Он и первым классом ездить отказывался, но потом привык.

Вот и сейчас по-хозяйски принялся наводить свой порядок, выкладывая из саквояжа полотенце, домашний халат и тапочки, стараясь обеспечить мой комфорт. И хотя я предпочитал путешествовать в дорожном костюме, мало ли что в дороге случиться, его я не одёргивал, понимая, что Никита старается так доказать свою полезность. Последнее время он стал сильно переживать по поводу своего возраста и что не может служить мне с такой же расторопностью, как прежде.

Нет, я не заставлял его работать, дворецкий получал приличное жалование, а так как был он одинок, то к этому времени у него уже скопилась приличная сумма, на которую он мог купить домик в пригороде и доживать век в своё удовольствие.

Но он не мог без работы, а всей его семьёй был я.

Послышался паровозный гудок, потом ещё один. Поезд тронулся, постепенно набирая скорость. Позади остался сырой Питер, замелькали частые деревеньки. Проводник принёс чай, вспомнив, что я сегодня почти ничего не ел, заказал ужин из вагона ресторана на две персоны. Снова выслушал ворчание Никиты, но это скорее по привычке. На самом деле он был доволен, что я о нём не забыл, хотя за стол он со мной так и не сел, поужинав позже, когда я пересел ближе к окну, взяв в руки газету.

Правда, быстро стемнело и газету пришлось отложить. Заметив, что старый дворецкий щуриться и клюёт носом, тоже решил лечь спать.

Утро не принесло ничего интересного. Для разнообразия сходил в вагон ресторан, заказав обед для Никиты в купе. Немного побеседовал со знакомым фабрикантом, он путешествовал с женой и дочерью и всё пытался пригласить меня к себе в купе. Но я сразу смекнул, что меня собираются ближе познакомить с очередной претенденткой в невесты и тактично отказался.

В Твери сделали большую остановку, вышел на перрон размять ноги, сразу заметив, что стало намного теплее. Фабрикант с семьёй тоже прогуливаются рядом, и тут уже деваться некуда, пришлось вести разговоры о погоде, потом обсудили репертуар Большого театра, когда дошли до меню из любимого ресторана госпожи фабрикантши, наконец-то объявили отправление, и всем пришлось возвращаться в вагон.

Я снова взялся за газеты, и тут поезд внезапно резко остановился. Со стола упал пустой стакан и покатился по ковровой дорожке.

Отложив газеты, я выглянул в коридор. Там уже было несколько обеспокоенных пассажиров, все пытались узнать, что случилось. Сначала думали, что кто-то сорвал стоп кран, потом выяснилось, что поезд сбил корову. В результате, мы опоздали почти на час.

Когда прибыли в Москву, уже вечерело. Никита собирал наши вещи, дожидаясь, когда схлынет толпа и можно будет