Стародум. Книга 2 - Алексей Дроздовский

На Руси уже давно ходят слухи, что Субэдэй возвращается с ещё большей армией. Двадцать три года назад кочевники разгромили русско-половецкое войско численностью в сто пятьдесят тысяч человек на реке Калка. Причём они даже не ставили своей целью полномасштабное вторжение. Сейчас же всё будет намного серьёзнее: уже говорят о многочисленных беженцах из разорённой Волжской Булгарии.

Так что мы даже не выдумываем ничего, а всего лишь распространяем.

Всё для того, чтобы переманить в нашу крепость мастеров. Всех этих людей, что создают инструменты, доспехи, одежду, посуду, книги. В Стародуме выские каменные стены — он защищён гораздо лучше, чем Новгород или Владимир.

Насколько мы успешны в распространении слухов — покажет время. Если хотя бы пара мастеров приедет к нам со своими семьями — уже хорошо. Хочу превратить доставшуются мне крепость не просто в оборонное сооружение, а в место, где производят самые лучшие товары. Чтобы слава о Стародуме шла по всем землям.

— Не верю я в эту затею, — вздыхает Никодим.

— Я тоже не очень, — говорю. — Но время у нас есть, почему бы не попробовать?

До самого вечера мы ходим и спрашиваем, сколько будет стоить заказать тысячу луков, пращи, наконечники для стрел и подобные вещи для большой войны. Все должны узнать три вещи: Стародум поднялся из земли, в Стародуме высокие стены, и в Стародуме рады гостям.

Проблему с недостатком продовольствия решим чуть позже: не зря же мы с собой серебро взяли. Постараемся купить так много зерна, сколько вообще получится.

Только на третий день происходит то, ради чего мы вообще приехали в Новгород: встреча удельных князей.

Чтобы выглядеть на этом собрании как можно лучше, мы снова идём в лавку портного, чтобы забрать свои сюртуки и кафтаны.

— Как я смотрюсь? — спрашивает Светозара.

Старичок пошил ей подходящее по размеру верхнее платье, которое девушка перевязала поясом. Льняное, как и все наши наряды: для шёлка мы недостаточно богаты. Но даже в нём Светозара выглядит потрясающе: узорчатая ткань с орнаментом, множество пуговиц. Под ним — длинная рубаха с тесьмой. Но самое главное — как это всё сидит…

— Очень красиво, — отвечает Никодим.

— Красиво, — соглашается Неждан.

У меня же всё внутри сжалось от того, насколько хорошо это выглядит.

— Ты смотришься восхитительно, — говорю. — Это лучшее верхнее платье, которое вообще можно было сшить для тебя.

— О, спасибо.

Нам с Никодимом и Нежданом достались одинаковые серые кафтаны, разве что мой выделяется на их фоне золотой и серебряной вышивкой. Старичок провёл время с пользой: подогнал наши наряды под плечо. Даже удивительно, что он всего сотню кунов попросил — за такое не жалко было бы и двести отдать. Наверное, таким образом он пытается купить себе свободу от избиений моим братом, хотя я отчётливо ему сказал, что никто его больше бить и грабить не будет.

Все вместе грузимся в карету и выдвигаемся к детинцу, на встречу со всеми удельными князьями. Чувствую, что лёгкой она не окажется: эпоха безумия на то и безумная, что всё всегда идёт не по плану.

Доезжаем до Великого моста, а там к центральным вратам в детинец. Тут уже карету безумца признали, поэтому десятник, без лишних вопросов, машет рукой на внутреннюю территорию.

— Проезжайте, — говорит. — Налево, к большим княжеским хоромам

— Спасибо, — отвечает Волибор.

Во внутренней крепости Новгорода собралась целая толпа: сотни людей с копьями, мечами, саблями, топорами, булавами. Почти все в кольчугах, но и пластинчатых доспехов оказалось много. Встретился даже один бугай в полных латах.

Все они стоят отдельно, небольшими группами, и все посматривают друг на друга враждебно. Как я и ожидал, в первый день осени сюда приехали удельные князья со всей Новгородской земли. Их дружины остались здесь, пока сами они собрались в хоромах Великого Князя. Мы с друзьями приехали в детинец со стороны торговой части Новгорода, а все остальные — с западной стороны, поэтому мы не видели их, прибывающими.

— Хочешь, чтобы мы побыли здесь? — спрашивает Никодим. — Постояли снаружи княжеских хором?

— Нет, вы же моя свита. Пойдём.

Карету пришлось оставить в стороне, и остаток пути идти пешком между враждебно настроенными воинами. Молчун и Волибор в полных чёрных доспехах мгновенно притягивают взгляд всех окружающих людей, вызывают зависть, восхищение и ненависть.

В прошлый раз мы проникали в эти хоромы тайно, через дыру в стене. Сейчас же входим на правах званых гостей.

— Туда, — указывает один из гвардейцев.

Мы входим в широкое деревянное здание. Поднимаемся по той самой лестнице, которой шли убивать безумца. Поднявшись на второй этаж мы оказываемся в просторном зале, где собралась едва ли не сотня человек. Удельные князья: большие и малые, их охрана, помощники, советчики.

От пышных и пёстрых одежд рябит в глазах.

Оказалось, что как бы мы с друзьями ни переодевались, всё равно выделяемся на фоне окружающих: у нас слишком загорелые лица и шеи, выдающие под красивой одеждой обыкновенных крестьян, работающих в поле. Присутствующих тоже не назвать потомственными дворянами. Но даже среди них мы выглядим слишком приземлёнными.

Если посчитать, то здесь собралось пятнадцать удельных князей, пятеро из которых — женщины. Даже странно, что их так мало, ведь в эпоху безумия женщины часто получают больше сил. Самому младшему из князей — за тридцать, старшему — за шестьдесят. И только мы, делегация из Стародума, выглядим жалкими деревенскими сопляками.

— Извините, — Неждан проталкивается среди людей, стоящих отдельными группами. — Пропустите. Дайте пройти.

— Осторожнее! — рявкает один из воинов в кольчуге.

— Я осторожен, поверь.

Мы проходим через центр зала в дальнюю часть, поближе к большому деревянному трону, пустующему без Великого Князя. Волибор с Молчуном в чёрных доспехах стоят перед нами как ограда против возможного нападения.

В этом месте царит очень напряжённая атмосфера: окружающие враждебно посматривают не только в нашу сторону, но и друг на друга. Кажется, все князья хотят получить большой титул, чтобы ему подчинялись остальные. И некоторые даже готовы применять для этого силу. Пока что я даже представить не могу, как тут вообще можно договориться выбрать одного главного.

Но то, что мы приехали — определённо хорошо. Не хотелось бы пропустить собрание, где будут делить власть.

— Знаешь того типа? — спрашиваю у Неждана.

Неподалёку от нас стоит мужчина лет сорока: худющий как