Системный Лорд II - Alexey Off

широкий дубовый стол у приподвального окошка, выходящего в сторону бывшего пустыря, где ныне располагался «драконий ангар». Окно на зиму застелили новой холстиной. Вдоль правой стены примостилось несколько рядов длинных грубых полок.

Лоуренс быстро освоился и, ничего не говоря, начал выкладывать свои склянки: пузатые, узкогорлые, из мутно-зеленого стекла. На стол поставил две ступки, деревянную и каменную, вытащил пучки сухих трав, перевязанные бечевкой, расположил маленький медный тигель с погнутым краем, и многое другое, что я так на первый взгляд и не опишу. Отдельно, почти благоговейно, он поставил на стол деревянный короб. Судя по бережным движениям, там лежало что-то по-настоящему ценное.

Я молча наблюдал за ним, прислонившись плечом к дверному косяку. Вспомнил, о чем он рассказывал в дороге. Когда-то юноша мечтал поступить в магическую академию в столице одного из центральных герцогств, но она разбилась о суровую реальность, в которой магами становились либо потомственные аристократы, либо дети из именитых торговых семей, готовых швыряться деньгами за дорогое обучение. Ну либо природные дарования один на тысячу. Тысячу тех, кто имел к этому задатки.

— Окно надо бы дополнительно заклеить и утеплить, — сказал Лоуренс, не оборачиваясь. Голос его дрогнул и сбился на полуслове. — Сквозняк… Реактивы могут испортиться. И печь бы… хотя бы маленькую жаровню, чтобы температуру держать.

— Сделаем.

— Воду лучше не колодезную, а дождевую, собранную не в железо, а в глину… — он осекся, словно только сейчас осознал, кому это говорит. Замер с полуразмотанным пучком полыни в руках. — Простите, барон. Я… — он сглотнул. — … не требую, конечно. Я отработаю. Честное слово, отработаю.

Я молча вытащил из кармана плаща увесистый мешочек с сотней серебряных крон. Подкинул его и положил на край стола.

— На первое время, дабы обжиться, — сказал я, — и на материалы. Что нужно будет сверх — скажешь Харлему, он решит, главное не бойся объяснять, что и для чего будет нужно.

Лоуренс уставился на мешочек так, словно я выложил перед ним не монеты, а живой огонь. Пальцы его дрогнули, потянулись к серебру, отдернулись.

— Барон, а вы… не боитесь? — выдавил он наконец. — Я же могу все испортить…. Или даже сбежать с деньгами. Наврать про опыты. Вы же меня совсем не знаете.

— Твоя честность впечатляет, — я коротко усмехнулся. — Но я знаю про тебя больше, чем ты думаешь. Про академию ты уже рассказывал, но про Талберг мне тоже известно, где ты пару лет работал подмастерьем у алхимика и как он тебя выгнал, потому что по слухам ты пытался улучшить его рецепты, а многие алхимики терпеть такого не могут… — тут я помолчал и добавил. — А мне такие нужны. Нужны те, кто не идут по проторенным дорожкам. Одним словом, я верю в твой потенциал, Лоуренс.

Юноша опустил голову, похоже, принимая какое-то решение. Затем взял мешочек с монетами и поднял глаза.

— Я не подведу, господин барон, — сказал он совсем тихо. — Клянусь.

— Время покажет, — я похлопал его по плечу. — Располагайся и занимайся тем, чем всегда желал. Вскоре мне пригодится парочка твоих советов. По секрету скажу: но я тоже немного смыслю в алхимии.

Я ему подмигнул и вышел, оставив слегка ошарашенного этой новостью молодого человека застыть на месте. Пускай осваивается на новом месте, пока скудном, но, впервые за долгие годы, собственном пространстве. Серьезно ограничивать в своих изысканиях я его не намерен.

День клонился к вечеру, а дел еще хватало. Заглянул в логово к Файгеру — тот дрых без задних лап, поэтому не стал его тревожить. Перекусил с Мироникой, вкратце пересказал последние новости, и отправился на тренировочный плац, на ходу разминая плечи.

Воевода уже ждал, переминаясь с ноги на ногу и держа на плече полуторный деревянный меч. Грубо выточенный, тяжелее настоящего, специально чтобы набивать руку новобранцам. Как там говорится: тяжело в учении — легко в бою.

Сам Марко за эти месяцы поднаторел в фехтовании и рубке на мечах, да и с копьем теперь упражнялся вполне неплохо. А главное — двигался быстрее и жестче, чем раньше. С ходу его теперь даже опытный мечник не положит одним-двумя ударами. Своей физической мощью он мне напоминал былинного богатыря из сказок: сколько ни тренируйся, а такого в силе не переплюнешь.

Неподалеку на расчищенной от снега площадке спарринговались новобранцы под руководством более опытных товарищей. Как только закончились одиночные бои — сразу начались схватки в строевых формациях с щитами и копьями.

Ганс появился с опозданием в четверть часа. С легкой досадой подумал: вот ведь, кормишь человека, поишь, а он, едва появившись, уже начинает бузить и позволять себе вольности. Ну и как после такого относиться ко всем одинаково и по-хорошему?

Сотник вышел на плац, щурясь одним глазом на багровую полосу заката, уже почти погасшую за горизонтом. К чести признать, он успел не только поесть, но и умылся, пригладил седеющие волосы и даже, кажется, ополоснул рот водой… перегар все равно чувствовался на расстоянии, но уже не так остро. На плече у Ганса висела видавшая виды перевязь с мечом — не тренировочным, настоящим, с потертой рукоятью и выщерблиной на гарде.

— На деревянных будем, как девочки? — скривился он и почесал острую бородку. Его голос звучал ровнее, чем у повозки. — Или как уважаемые люди?

— На деревянных, — отрезал Марко. — Я тебя, старый, резать не собираюсь. Хватит и синяков.

Ганс покосился на тренировочное оружие и хмыкнул.

— Кинжалы? Ножи есть? — перевел он взгляд на меня. — Два одинаковых, тупых, сантиметров по тридцать?

Я поднял бровь, но кивнул одному из отдыхающих дружинников, косившихся на происходящее с пристроенной скамейки. Тот метнулся в арсенал, бывший когда-то сараем ближайшего заброшенного дома, и вернулся с парой грубо выкованных заготовок: лезвия еще без заточки, наспех обмотанные сыромятным ремешком вместо рукояти.

Ганс взвесил их в руках, прикидывая баланс. Одобрительно кивнул и сунул один себе за пояс, а второй — протянул Марко.

— Ну-ка, — сказал он. — Покажи, чему тебя барон-легионер выучил.

Марко принял кинжал не слишком уверенно, но перехватил поудобнее. Он привык к мечу и копью, к строю и щиту, к бою плечом к плечу… Я задумчиво почесал подбородок. А ведь к короткой, вязкой драке в три шага, где все решает не сила, а скорость и грязные приемы, — я их не учил. Да и как такому обучить?

Этот старый не дурак, сразу понял… Знает, как вывести противника из колеи еще до боя. Или это он передо мной выделывается?

Выхватив кинжал почти мгновенно, сотник двинулся первым без всяких сигналов, неожиданно быстро для человека, который еще