Рядом с солью - Кэтрин Ваз

Они стояли, как скалы, в потоке покупателей, наверстывая упущенное. У нее было пятеро детей, множество внуков, и она жила с Генри в Западном Лос-Анджелесе. Он занимался плаванием в океане, вышел на пенсию из «Акме Пэпер». Она раньше занималась рукоделием, но совсем не как Мэри, и жалела, что потеряла с ней связь.

– Последнее, что я слышала: Марселла собиралась родить, но это было больше двадцати лет назад. Двадцати пяти. А ты знаешь, где Мэри?

– Я надеялся, ты мне расскажешь. – Он признался, что оказался здесь, потому что увидел в фильме «Белла» актрису по имени Кэтрин, которая была так похожа на Мэри, что он… он не смог закончить эту мысль вслух. Он приехал пообщаться с племянником Фрэнка, который строил дома для таких звезд, как Мэри Пикфорд и Дуглас Фэрбенкс.

Перпетуя оживилась и сказала:

– Давай посмотрим отдел детских книг! Мэри занималась иллюстрацией. Я знаю только это. Авторы всегда благодарят в книгах разных людей. Я тоже по ней скучаю. – Она пристально посмотрела на него. – Мне жаль, что ты не женился на ней. Мы говорили о тебе. Когда мы приезжали в гости, она рассказала мне все, что знала. У нее была хорошая жизнь с Эдвардом, так можно сказать? А у тебя была хорошая жизнь? Все были в восторге от вас двоих. Я любила ее, и мне нравилось жить с ней в коттедже.

– Да, у меня тоже была очень хорошая жизнь, – сказал он, потому что это было правдой.

* * *

Отдел с детскими книгами в «Хэмбергерс» напоминал кондитерскую своими яркими цветами. Каково это – беречь человека, который помещается в такие крошечные стулья? Они провели некоторое время, наугад открывая книги. В разделе буквы «W» Перпетуя вытащила сказку о девочке, застегивающей на себе костюм кошки, чтобы отправиться на поиски приключений. Глаза девочки-кошки были подернуты идеально португальской светлой грустью. Автором была Марселла Майлз Уэбб. Иллюстратором – Мэри Фрейташ Мур.

Посвящение было: «для Кэтрин».

Подобно стереоскопическим картам, которые он посылал ей через Америку, подобно ягодам, отправленным вдаль и повсюду, Мэри привлекала его внимание книгами с акварельными рисунками.

Кэтрин Майлз Уэбб.

* * *

Сотрудники «Фэймос Плэерс-Лэски Продакшенс» были отнюдь не услужливы в поиске актрисы эпизодической роли в одном из своих фильмов, ругаясь, что это частная информация, которую нельзя распространять в любом случае. Их сопротивление было столь непреклонным, их непреклонность столь убедительной, что Джон поплелся обратно, чтобы собрать чемодан и отправиться на восток, посетить лагерь Великой Республиканской Армии в Колумбусе и заехать в Джексонвилл и старые места. Но раздался стук в дверь, и перед ним оказались Перпетуя и мужчина, представленный как Генри. Она подпрыгивала на месте, выкрикивая:

– Разве ты не говорил, что Фрэнки Мелин знает Мэри Пикфорд?! – Генри положил руку на спину взволнованной жене – его другая рука была крюком, – и это успокоило Пет на пять секунд. – Так попроси Фрэнки передать Мэри Пикфорд, чтобы она взяла адрес или номер телефона Кэтрин! Если эти дураки в студии не послушают ее, там полетят головы!

Вот как одна из величайших актрис той эпохи, когда Джон готовился покинуть унылый отель на краю Соединенных Штатов, помогла ему найти свою семью. В эстафете телефонных звонков Генри – Фрэнки – Мэри Пикфорд – Джесси Лэски, затем Лэски – Пикфорд – Фрэнки – Генри оказалось несколько номеров, и все они помогли связаться с внучкой Джона. Это было первое сентября 1919 года.

* * *

Джон впервые разговаривал по телефону на ранчо Генри и Пет, где воздух струился сквозь крошечные квадратики оконных сеток. Чтобы преодолеть нервозность при разговоре с той, кого он не видел, он напомнил себе, что именно так люди и говорят с Богом.

– Кэтрин Майлз Уэбб? – робко спросил он, услышав приветствие. – Внучка Мэри Фрейташ Мур и дочь Марселлы Мур?

– Да. – В голосе угадывались интонации ее бабушки. Одного слога было достаточно, чтобы его сердце упало, и он отправился на его поиски в яме внутри себя.

– Я Джон Алвеш, – сказал он. – Вы знаете, кто я?

Она вскрикнула (он отвел трубку от уха, потом поднес ее обратно):

– Боже мой! Да! – Она объяснила ему, что Марселла вышла замуж за капитана Фрэнсиса Уэбба. – Мама познакомилась с папой во время поездки в Сан-Диего, где он служил во флоте. Она переехала туда, когда они поженились, и она писала для газеты. После того как бабушка Мэри и деда Уорд потеряли почти все во время землетрясения, они переехали к нам. Бабушка рисует детские книги.

– Я видел одну. – Он едва мог дышать. – Там были все ваши имена.

– Папа рано уволился из флота, и они переехали в Чикаго, чтобы быть поближе к его родителям, они нездоровы. Мама и папа работают в «Чикаго Трибьюн». Он редактор, а она пишет заметки о городе и рассказы для журналов.

– Твоя бабушка все еще вышивает скатерть? – Он представил себе эту молодую женщину, Кэтрин, которую увидел в десять раз крупнее обычного размера, в черно-белом варианте.

– Да, это самая потрясающая скатерть на земле!

Он ответил, что встретил ее мать, когда она была ребенком, при печальных обстоятельствах, во время прощания.

Кэт заметила, что знает эту историю, причал в Монтерее.

Когда Кэтрин сказала, что он может называть ее Кэт, Джон хотел выдавить, что это прозвище ее бабушки, но, конечно, она и это знает. Он сказал только:

– Мэри.

Взглядом он окинул кастрюли и сковородки, а также доску для заметок, полную вещей, связанных с семейной жизнью: листовки о церковных ужинах, объявления о заплывах в океане, списки покупок и фотографии Генри и Перпетуи Кингсли, их детей и внуков.

Она была добра, Кэт была добра, она сказала:

– Я знаю, что бабушка была бы рада вас видеть. Я не уверена насчет времени, но думаю, что бабушка планирует навестить маму и папу после того, как продаст дом в Сан-Диего. Деда Уорд умер пять лет назад. Мама хочет, чтобы бабушка переехала в Чикаго, но я пытаюсь уговорить ее жить со мной в Нью-Йорке.

Перпетуя отвратительно делала вид, что не подслушивает из кухни. Кэтрин сказала:

– Я выхожу замуж за человека по имени Закари Фогель. Он помогает музеям и коллекционерам приобретать произведения искусства.

Джон будет в лагере Республиканской Армии десятого сентября, а затем, если Бог даст, посетит Джексонвилл…

– О! – взвизгнула она. – Это так по-португальски – сказать «если Бог даст!» Бабушка Мэри часто так говорит! – Кэтрин планировала остановиться в Чикаго, прежде чем в ноябре приехать в Нью-Йорк на свою свадьбу. – Вы должны присутствовать, мистер Алвеш! – воскликнула она. – Как насчет встречи в Джексонвилле? – Она не могла дождаться зимы, чтобы увидеться