Путь домой - Михаил Александрович Михеев

и ушел к точке рандеву с эскадрой. И хвала всем богам, и родным, и местным, потому как угля осталось совсем немного. Вот оно, проклятие любого парохода – топливо надо возить с собой. В море же развернулись паруса – и корабль заскользил по невысоким волнам, словно… Нет, не бабочка, как любят говорить поэты, а стрекоза – изящная и хищная.

Но Александр насладиться этим зрелищем не сумел. Едва корабль лег на курс, он и сам лег. В койку. И заснул, кажется, еще до того, как голова коснулась подушки.

Проснулся он буквально за пару часов до того, как встретил эскадру. Сладко-сладко, до ломоты в суставах, потянулся, бросил взгляд на хронометр – и еле сдержался от того, чтобы выругаться. Он-то приказал разбудить его через три с половиной часа. Проспал же без малого шестнадцать. Очень похоже, верные соратники решили не будить вымотавшегося в ноль командира.

Голова была тяжелая, будто в нее напихали много-много если не свинца, то ваты. И мысли шевелились вяло, как мухи в патоке. Это и называется пересып. Впрочем, это поправимо. Кофе с коньяком лечит подобные болячки без особых проблем. А свежий морской ветер способен окончательно поправить здоровье. Во всяком случае, Верховцеву это точно помогало.

Откровенно говоря, Александр предпочел бы встречу в море, но, с учетом слабости штурманов, решил не рисковать. А потому была выбрана бухта на побережье, к востоку от Калькутты. Населения в этих местах, конечно, изрядно, однако и масштабы земель впечатляли. Не Сибирь, конечно, однако тоже очень немалые просторы. И, соответственно, если окрестности городов были заселены довольно густо, то в глуши можно было неделю никого не встретить. И уж в том, чтоб найти укромную бухточку, особых проблем не стояло. Удивительным было бы, скорее, обратное.

Выбранная для встречи бухта подходила не то чтобы идеально, однако же выглядела неплохо. Высокие скалы, надежно скрывающие расположившиеся в ней корабли от нескромных глаз как с моря, так и с суши. Река, небольшая и достаточно чистая для того, чтобы пополнить запасы пресной воды. Подходящие глубины. Правда, в довесок к этому шло висящее над сушей облако местных насекомых, от чего разведчики вернулись искусанными, кажется, с ног до головы. Воистину, по сравнению с этой дрянью северные комары выглядели образцом христианской добродетели и смирения. Однако над водой их почти не было, так что с необходимостью без нужды не лезть на сушу можно было смириться.

Когда «Миранда» неспешно вошла в бухту, глазам Александра предстало зрелище внушительное и одновременно неожиданное. Вообще-то, любая эскадра – это сила, воплощенная в дереве и металле, поэтому внушает уважение она одним своим видом. Если за спиной твоей не стоит сила еще большая, что сейчас было неактуально – свои вокруг, не враги. Однако конкретно здесь и сейчас оказалось на три корабля больше, чем ожидалось – очевидно, ненадолго оставшиеся без присмотра капитаны времени зря не теряли и хорошенько прошерстили эти воды. А еще одной, правда, не столь позитивной неожиданностью стал вид собственных кораблей.

«Березина» демонстрировала солидных размеров пробоину в борту и лишилась грот-мачты. Не целиком, но верхней четверти точно. «Адмирал Бойль» имел следы пожара. Надстройки «Архангельска» зияли дырами. Пожалуй, только «Соловки» практически не пострадал, но при ближайшем рассмотрении было заметно, что и этому фрегату досталось, хотя повреждения мостика вряд ли представляли угрозу.

Как выяснилось на импровизированном совещании, которое было собрано сразу после того, как «Миранда» встала на якорь, они еще легко отделались. Причиной столь тяжких повреждений оказался британский линейный корабль, сопровождавший группу из четырех судов. С какого перепугу британцев угораздило отправить караван с таким прикрытием, оставалось только гадать.

Откровенно говоря, в иное время русские не стали бы связываться, памятуя о том, что провести нормальный ремонт им в этих водах просто негде. Однако наткнулись они на врагов, только-только выйдя из бухты, и, как полагали, те могли заметить место их стоянки.

Вот тут Александр не удержался и высказал своим офицерам все, что о них думает. В самом деле, сказано же было ждать – нет, потянуло их на подвиги. Конечно, он старался поощрять инициативу, но сейчас капитаны явно утратили понимание между желанием и необходимостью. И вот результат! Сидели бы в своей никому не нужной бухте – никто б их не обнаружил. А так…

Британский капитан, при виде идущих наперерез рейдеров, не испугался и дал бой. При этом мастерством он явно превосходил даже многоопытного Диего. И корабль оказался ему под стать – большой, заметно превосходящий «Адмирала», борта прочные, не всяким ядром пробьешь, а пушек… Тут участники боя к единому мнению прийти не смогли, но явно больше сотни, в этом сходились все.

Конечно, в одиночку против эскадры, пускай даже ты индивидуально сильнее любого ее корабля, воевать непросто. Особенно учитывая, что вчетвером русские имели практически двукратный перевес в огневой мощи. Но британец до последнего прикрывал пытающиеся уйти торговые корабли. Может, и справился бы, но вначале удачное попадание свалило линкору мачту, а потом, воспользовавшись резко упавшими скоростью и маневренностью противника, Гребешков сумел занять позицию позади англичанина и в два залпа поразить его руль. Хотели уже идти на абордаж, но в этот момент линкор вспыхнул, как бумажный – очевидно, подожгли порох на батарейной палубе аккурат после того, как его подали к орудиям и не успели использовать по назначению.

Да, очень похоже. Калеными ядрами по британцу не стреляли, стало быть, гореть так вот сразу ему было не с чего. Вон, поджег британец «Адмирала», так затушили в момент, даже из боя не выходя. Попали бы в крюйт-камеру – рвануло бы так, что только мусор на воде остался. А раз огонь пошел изнутри и резко… Да, очень похоже. Сам по себе порох не взрывается, а горит, давая очень жаркое пламя, так что выглядело предположение вполне реально. Впрочем, были и другие варианты, которые, правда, никого сейчас не интересовали.

Уничтожив военный корабль, который очень хотелось взять в качестве приза, русские, злые и разочарованные, догнали охраняемые им корабли. На одном оказалось несколько пушек и, как выяснилось позже, он вез куда-то сипаев[8]. Капитан решил оказать сопротивление, индусы оказались не робкого десятка, русские были злы… В общем, спасать тонущих не особенно старались. Это, конечно, против неписаных законов войны, но кто их, спрашивается, соблюдает? Да и времени, честно говоря, особо не было – надо ловить уцелевшие транспорты.

Груз они везли не то чтобы особо ценный, но и совсем бросовым его было не назвать. На