Город Гоблинов. Айвенго II - Алексей Юрьевич Елисеев

таких местах и в такие минуты человек либо продолжает выполнять поставленные задачи, действуя на автомате, либо делает вид, что отдыхает, пока неприятности выстраиваются в очередь.

Сумок хватило чтобы собрать Е-ранговую сумку. Я прочитал описание:

Сумка мародёра

Класс: E.

Тип: артефакт Системы.

Описание:

— Скрадывает объём. В 20 раз уменьшает вес хранимых предметов.

— Позволяет переносить между локациями предметы Системы.

— Позволяет переносить предметы, не относящиеся к Системе, в родовую локацию (83 %).

— Замедляет порчу хранимых внутри предметов.

— Позволяет переносить сумки рангом ниже без поглощения.

— Масштабируемый (1/7). Есть возможность повысить ранг путём объединения идентичных предметов.

Глава 12

Молдра кивнула, получив Сумку Мародёра и в этом кивке было хорошо то, что, даже когда ей очень хотелось добить меня словом, она всё-таки умела вовремя перестать, понимая, что есть моменты, когда ирония становится излишней. Или, может быть, она просто считала, что добивать надо тогда, когда цель уже может оценить изящество удара, а сейчас я был слишком зол для понимания изяществ, а сосредоточен на том, чтобы просто извлечь, как можно больше выгоды из своего промаха.

Мы разошлись по хижине без лишних разговоров, каждый занимая свою позицию в ритуале проверки выживания, который уже стал для нас привычным за недолгое время странствий. Я первым делом прикрыл дверь чтобы не выпускать тепло. Узкой щели окна вполне хватало для света, кроме того, она позволяла видеть снежную равнину снаружи и слышать хруст шагов, если кто-то решит подкрасться, не нарушая тишину. Затем присел у окна, которое представляло собой прорубленное в бревне отверстие, закрытое мутным пузырём, прислушался к тому, не доносятся ли снаружи звуки шагов или скрип снегоступов, и только после этого позволил себе нормально осмотреться, оценивая масштаб разрушений, которые мы учинили в чужом доме. Здесь всё ещё держался дух чужой жизни, той самой, которую мы только что оборвали своим вторжением. Но лучше мы чем нас. Печь из бурого камня, в которой тлели угли, давая слабое тепло. Котёл из чёрного железа, висящий на цепи. Лавки, сбитые из грубых досок. Шкуры, натянутые на стены для утепления. Связки сушёного мяса под навесом у потолка. Дрова, аккуратно сложенные у стены в виде конструкции, которую я видел в детстве у своего деда в деревне. Снегоступы, прислонённые к дверному косяку. Молдра уже сняла лук со стены и осваивалась с ним. Щит, сделанный из досок похожих твёрдостью на дуб и обтянутый кожей, я всёжек поскрипев мозгами и попыхтев поместил в Сумку Мародёра. Он конечно тяжеловат, но бросать его категорически не хотелось.

Тёмная эльфийка тем временем ещё раз прошлась вокруг печи до задней стены, заглянула под лежанку, постучала копьём по половицам, проверяя на предмет потайных ходов, слабых мест или тайников, посмотрела на крышу изнутри, оценивая прочность балок и наличие трещин, и только после этого сказала, поворачиваясь ко мне:

— Никого. И ничего, что могло бы нас убить, кроме нашей собственной глупости…

— Снаружи тоже пока тихо, — ответил я, отпуская шкуру на окне, игравшую роль занавески.

— Поторопись с тем, что собирался делать, пока мы ещё можем позволить себе роскошь стоять на месте, а не бежать. Что-то подсказывает мне, что эта передышка ненадолго.

Я даже не сразу понял, о чём она, потому что мозг ещё переваривал адреналин и запах крови, работая с опозданием. Потом взгляд сам собой скользнул в интерфейс, туда, где после драки висела цифра, на которой я пока старательно не фиксировался, чтобы не расплескать ощущение реальности окончательно и безвозвратно, не превратить всё происходящее в игру с циферками.

Доступно: 113/120 ОС.

Итак, сумма сошлась. И это не обыденное «ещё чуть-чуть, но не сегодня», которое преследовало меня всю жизнь, начиная с попыток накопить на первую машину и заканчивая попытками сохранить брак, когда всё постоянно не дотягивалось до нужной отметки на пару тысяч или пары искренних слов. Со мной такое редко случалось и в прошлой жизни, где всё обычно упиралось в какую-нибудь мелочь. Мне то не хватало ровно стольки, чтобы это бесило, то приходилось переплачивать и потом ходить, скрипя зубами, будто сам себя в очередной раз поймал на глупости, которую невозможно исправить. А здесь сумма лежала перед глазами. Всё честно и без всякого обманчивого кокетства, как сухой остаток бухгалтерской двойной записи, который нельзя подтасовать или подделать. Мне хватало чтобы стать ещё чуточку сильнее. А когда хватает, уже нельзя отложить решение на потом, сославшись на неготовность или недостаток средств. Надо действовать здесь и сейчас.

Я опустился на лавку, которую только что поставил обратно у стола, и прислушался к себе. Но почувствовал, как всё тело отозвалось на это движение тупой усталой тяжестью. Мышцы ныли от перенапряжения, но это всё. На мне ни царапины. Только плечо, которое недавно жевал скальник, напоминало о себе фантомной болью, словно исцелённый организм не мог поверить в то, что здоров. Но на этом фоне, под грудиной, уже жило другое ощущение — знакомое с первой ступени, слабое, тёплое, будто внутри меня вшили крохотный, ещё неумелый механизм вроде аккумулятора или батарейки, который теперь тихо ждал команды, готовый начать свою работу при первом же сигнале, если я решусь его запустить.

— Сейчас? — спросила Молдра, и по её тону я понял, что она следила за моим лицом, несмотря на занятость своим новым луком, заметила, как я застыл, глядя в пустоту, и всё поняла.

Я поднял на неё взгляд, встретившись с её серыми глазами, в которых отражался свет печи, и кивнул.

— А когда? — спросил я в ответ, и мой голос звучал уже не так глухо, но всё ещё устало, с оттенком безысходности. — Когда к нам ещё кто-нибудь постучится с вопросом, кто ел из его тарелки и кто спал в его кровати?

— Это был бы по-настоящему твой стиль, — сказала она, и в уголках её губ промелькнула едва заметная усмешка. — Улучшать внутреннюю технику в момент, когда в дверь ломятся новые желающие тебя убить, причём делать это с таким видом, будто ты не в захваченной хижине, а где-нибудь в школе боевых искусств.

— Да ладно тебе. Я же не совсем конченый, чтобы не понимать рисков…

— Я бы не торопилась с выводами о твоей психической норме, — она чуть приподняла бровь, и в этом было столько же иронии, сколько серьёзности. — Но раз уж ты настроился, я не буду мешать. Только не вздумай кричать, если больно, потому что эхо в горах переносится далеко, и я не хочу объяснять другим гоблинам, почему мы убили