Супруга Солнца - Гастон Леру

– Нет, они точно с ума посходили, – пробурчал себе под нос Нативидад. – Ну нагонят они банду, а те сделают из них отбивные…

– А что, по-вашему, нужно делать, господин комиссар? – умоляющим голосом спросил Франсуа-Гаспар; судьба молодой девушки его нешуточно взволновала, хотя в подобных авантюрах он обычно предпочитал держаться в стороне.

– Следовать за ними, но на расстоянии, не выдавая себя! – ответил Нативидад.

– Отлично!.. Замечательно! Осталось только узнать, куда они едут!.. и подкараулить их на дороге!

– Уверен, нам сообщат, куда они поехали… Черт возьми, в Перу еще есть правительство, есть полиция и храбрые солдаты, готовые сражаться за спокойствие граждан! – воскликнул Нативидад.

С этими словами он повернулся к четырем солдатам, присланным ему в качестве подкрепления: они представляли собой все вооруженные силы, оставшиеся на побережье.

Такой план как нельзя более устроил Франсуа-Гаспара, особенно когда он узнал, что тот, кого он называл комиссаром, носит высокое звание старшего инспектора!.. и он непременно будет сопровождать их маленький поисковый отряд. Как раз в это время из Кальяо верхом прибыли три агента полиции, и им тотчас пришлось уступить начальнику своих мулов, дабы тот мог отправиться в погоню за индейцами.

Нативидад на минуточку вернулся в дом, где, вырвав листок из блокнота, написал коротенькую записку, адресованную лично президенту Вейнтемилье, где сообщал ему о похищении дочери маркиза де ла Торре жрецами из племени кечуа во время праздника Инти Райми. При этом он чувствовал себя поистине отмщенным, ведь десять лет назад Вейнтемилья, тогда еще просто начальник полиции Лимы, не захотел даже слушать о каких-то дурацких «рапортах» своего подчиненного Переса, уверявшего, что у него есть доказательства «ритуального» похищения несчастной Марии-Кристины д’Орельяна!.. Мало того, он его едва не уволил!

Одному из прибывших полицейских поручили доставить записку в президентский дворец, и он немедленно поскакал по дороге в Кальяо. Двое других занялись погребением боя и тщательным обыском дома и окрестностей гасиенды. Затем старший инспектор предоставил Франсуа-Гаспару одного из двух превосходных мулов, и они оба, оседлав своих верховых животных, тронулись следом за маленьким отрядом. Солдат, у которого маркиз забрал лошадь, сел на третьего мула. Когда солдаты увидели, что их ведут в сьерру, в то время как они были уверены, что их вернут в Чорильос, они начали возмущаться, но старший инспектор быстро пресек все протесты, заявив, что они отправляются в горы во имя supremo gobierno! [31]

Нативидад прихватил с собой пару одеял, забрав их у полицейских, прибывших из Кальяо, и приторочил одеяла к седлу.

– В путь! – скомандовал он.

И бодрой трусцой они спустились в лощину, пересекавшую дорогу.

– Мы едем достаточно быстро, ничуть не медленнее мамаконас, – громко заявил комиссар.

– Мамаконас? Так они здесь были? – воскликнул дядюшка, понукая своего мула ехать рядом с комиссаром.

– Да, сеньор, были! Алые пончо! Мамаконас! И три главных жреца храма – единственные, не считая мамаконас, кто имеет право касаться Супруги Солнца!.. Судите сами, сеньор, вот уже пятнадцать лет, как я кричу во всю глотку нашему начальству, что у этих дикарей ничего не изменилось!.. – Ни-че-го!.. Разве они не говорят на своем языке, оставшемся неизменным со времен инков? Они едят, пьют и женятся, соблюдая те же самые обряды, что и их предки пять сотен лет назад! Со времен Конкисты их наружная обрядность нисколько не изменилась!.. Так что уж говорить об обрядности тайной, с какой стати она будет меняться? Да и зачем? Особенно когда речь идет о вере, которая в принципе неизменна? Они всего-навсего присоединили католическую религию к древним верованиям, оставшимся без изменений! Ах, если бы тогда мне поверили! Знаете, ведь меня давно интересовал этот вопрос! Еще в самом начале службы я столкнулся с преступлением, объяснить которое обычными причинами было совершенно невозможно… Но оно становилось понятным, если рассматривать его с точки зрения религии, если потрудиться и вспомнить, что мы все еще имеем дело с инками. Однако меня лишь высмеяли!.. И даже зашла речь о моем увольнении!.. Что ж, я сдался, согласился с дурацкой официальной версией… но сам втайне продолжал работать в этом направлении… Я не только неплохо выучил язык кечуа, я также выучил язык аймара, который считается священным в окрестностях Куско и озера Титикака. Именно там, на берегах этого озера, и зародилась цивилизация инков! Так что не сомневайтесь: индейцы направляются именно туда!.. Не к каким-нибудь разрушенным стенам, о которых знает весь мир, а к своему тайному храму… храму, где их жрецы не переставали служить со времен испанского завоевания!..

Похищение малыша Кристобаля

Ах, с каким энтузиазмом комиссар оседлал своего любимого конька, а именно индейскую тему, когда теплой тропической ночью верхом на муле ехал к храму Солнца спасать Супругу Солнца!.. Похоже, Нативидад совсем забыл про свою Женни.

– Но ведь мы же их догоним? – спрашивал Франсуа-Гаспар; он уже давно с беспокойством поглядывал на господина старшего инспектора, опасаясь, как бы тот не стал высмеивать его, а вместе с ним и всю Академию. Комиссар с самого начала показался ему весьма бесцеремонным. Как можно веселиться в столь ужасных обстоятельствах…

– Конечно, сеньор, успокойтесь… Я свое дело знаю!.. Dios mio! Zоsé contente! [32] – восклицал Нативидад. – Es una gram satisfaccion!.. Очень доволен! Вы что думаете, они от нас уйдут? Никуда они не денутся, ведь мы же следуем за ними буквально по пятам!.. В горах полно солдат Вейнтемильи!.. А на побережье все коррехидоры – мэры – обязаны исполнять приказания старшего инспектора полиции!.. Не хотите ли накинуть плащ, сеньор?.. Сегодня ночью прохладно, да и garna[33] холодная… Но мы скоро покинем побережье… Собственно, смотрите, уже показались lomas, всхолмья, предшествующие горам… Вот там, видите? Дорога здесь одна, только по ней и проедешь в Кордильеры… значит, мы на правильном пути. А когда рассветет, мы и следы их увидим… если, конечно, молодые люди, что рванули вперед нас, не наделали глупостей!.. А мальчишка-то, оседлавший ламу, большой храбрец!.. Ничего, мы их быстро найдем… Кордильеры – это тебе не плетень какой-нибудь, их не перепрыгнешь!

Франсуа-Гаспар так странно усмехнулся, что Нативидад оборвал свои рассуждения буквально на полуслове и стал расспрашивать почтенного господина, «что это с ним случилось»? «Я все понял, понял!» – ответил Франсуа-Гаспар и не стал ничего объяснять. Нативидад не понял ничего.

На рассвете они въехали в предгорья Анд. Животные, похоже, не особенно устали, и после двухчасового отдыха на маленькой ферме, где накормили не только людей, но и лошадей и мулов, они продолжили восхождение на гигантскую горную цепь, освещенную