Одержимость - Кассандра О'Доннелл

Хелена рассказала ему совершенно невероятную историю о Силанс. Настолько невероятную, что Азриэль не поверил ни единому слову. Он не знал, сочинила ли она эту сказку, чтобы убедить его следовать приказам отца, или искренне верила в реальность своих фантазий. И даже если она видела это своими глазами, все, описанное его сестрой, очевидно, было галлюцинацией, вызванной сильным стрессом.

– Хелена юна. Она легко поддается давлению… И ей страшно.

Силанс вздохнула, почувствовав, как все взгляды обратились к ним. Большинство учеников сидели разинув рты, другие неодобрительно хмурились, третьи перешептывались между собой. Но самое тревожное выражение лица, несомненно, было у Нейтана. Он буравил их таким тяжелым взглядом, что Силанс заерзала на стуле, внезапно почувствовав себя неловко.

– Твоя сестра права. Будешь водиться со мной – только наживешь себе врагов.

Азриэль засмеялся, а Силанс внимательно посмотрела на него, не в силах определить, действительно ли он настолько смел или просто напрочь лишен ума.

– Тишина, пожалуйста! – грозно прикрикнула учительница истории Эмма Клейтон, заходя в класс.

Одетая в длинную черную юбку и приталенный жакет, подчеркивавший ее тонкую талию, она инстинктивно провела рукой по пучку седых волос, одеревенелой походкой направляясь к учительской кафедре.

– Тема нашего сегодняшнего урока – процесс над салемскими ведьмами и возмутительные бесчинства, которые совершали безбожники.

Силанс подняла брови, затем медленно повернулась к Азриэлю и спросила:

– Те ненормальные, которые сжигали людей за колдовство, были фанатиками, верно? Так зачем называть их безбожниками?

– Потому что они не руководствовались истинной верой, – ответил Азриэль.

Силанс нахмурилась.

– А что такое истинная вера?

Азриэль помрачнел.

– То, чего я лишился…

По непроницаемому выражению его лица Силанс поняла, что откровенничать он не настроен. Она слегка поморщилась и стала рассеянно слушать миссис Клейтон, которая расписывала все в таких подробностях, как будто лично присутствовала на судебных заседаниях.

Глава 16

Беспокойные мысли не давали Ориэлю покоя, и он никак не мог сосредоточиться на уроке биологии господина Эмери. Справедливости ради, глава, посвященная способам разведения рыб в пресной воде, навела бы смертную скуку на любого, кто не планировал связать свою жизнь с рыбоводством. И он, откровенно говоря, не понимал, зачем учитель так рьяно настаивал на пользе этой профессии и во всех подробностях расписывал, какую огромную пользу она может принести обществу.

– Чем планируешь заниматься во время празднования Мабона? Ты же будешь участвовать? – вдруг прошептал его сосед по парте, бледный парень со светло-каштановыми волосами.

Вынужденный резко оторваться от своих мыслей, Ориэль прошептал:

– О каких празднованиях ты говоришь?

Одноклассник ответил ему широкой улыбкой.

– Мабон. Поскольку ты до сих пор не принес присягу, думаю, ты не упустишь возможность сделать это вместе с остальными, верно?

По тому, как оживилось лицо темноволосого парня, было легко сделать вывод, что для него этот вопрос имел огромное значение и он с нетерпением ждал ответа. Но Ориэль, к сожалению, понятия не имел, о чем идет речь.

– Что значит принести присягу? Принести присягу кому?

Парень дважды моргнул, как бы убеждая себя, что ему это не снится и что он не ослышался, а затем воскликнул высоким голосом:

– Ему, конечно же!

– Мистер Самюэльсон, если мое занятие вас не интересует, я вас больше не задерживаю, – прогремел профессор Эмери, испепеляя нарушителя спокойствия взглядом. – Вон из класса!

Ориэль смотрел, как его сосед по парте сгребает вещи и выходит из кабинета. Все его мысли занимал один вопрос: что это еще за странный праздник? Почувствовав строгий взгляд учителя, устремленный в его сторону, он поспешно уткнулся в тетрадь и принялся усердно конспектировать лекцию.

* * *

Когда зазвенел звонок, Силанс вздрогнула. К ее удивлению, утро пролетело совершенно незаметно – и все благодаря Азриэлю. Она наслаждалась его обществом куда больше, чем ожидала, и была рада, что первая часть дня прошла без происшествий.

– Ты собираешься обедать? – спросил Азриэль, наблюдая, как Силанс закрывает дверцу своего шкафчика.

Она кивнула.

– Я хочу присоединиться к брату в столовой.

– Я могу пойти с тобой?

Силанс нахмурилась. Она достаточно хорошо знала нравы старшей школы, чтобы понимать: поболтать с кем-то во время урока – это одно, а сесть с ним за один стол во время обеда – совсем другое. Друзья Азриэля куда легче простили бы ему первое, чем второе.

– Ты так сильно хочешь нажить себе неприятности? – спросила она, думая, что он с таким же успехом мог бы встать перед расстрельной командой с мишенью на груди.

– Ты думаешь, что меня волнует мнение других людей?

– А должно бы. Школа – это общество, а в каждом обществе есть свои паршивые овцы. А как известно, парша[5] – болезнь заразная.

Азриэль прекрасно понимал, что Силанс была права и что любой, у кого есть хоть капля здравого смысла, последовал бы ее совету и немедленно дистанцировался бы от нее. Вот только ему до смерти надоело подчиняться чужой воле. Впервые в жизни он хотел поступить так, как хочется ему самому.

– Я готов рискнуть.

Силанс пожала плечами.

– Как знаешь, но только не прибегай ко мне в слезах, если толпа разъяренных учеников попытается прикончить тебя в школьном туалете.

* * *

Появление сестры в столовой в компании Азриэля стало для Ориэля крайне неприятным сюрпризом. Конечно, Ориэль знал, что Азриэль – единственный ученик во всей школе, который нормально относится к Силанс. Но в последний раз, когда он видел этих двоих вместе, его сестра кричала на Азриэля и обвиняла его в том, что он не хочет честно рассказать, почему все ее ненавидят. Ориэль не понимал, как они могли так быстро пойти на мировую.

– Я так понимаю, обедать мы будем втроем? – спросил Ориэль, пытаясь быть любезным.

– Если тебя это беспокоит, – ответил Азриэль, – я могу…

– Нет-нет, вовсе нет, – вежливо прервал его Ориэль.

Он надеялся поговорить с Силанс и предложить ей сходить в библиотеку, чтобы разузнать о верованиях жителей Уиспер-тауна… Но это могло подождать.

– Взять тебе поднос? – спросил Азриэль у Силанс.

– Пожалуй, я сама справлюсь, – парировала она, взяв со стенда набор столовых приборов.

– Эй! Я просто пытаюсь быть галантным, – с улыбкой объяснил Азриэль.

Ориэль, наблюдавший за ними, вздохнул. Как Азриэлю удалось пробить стену, которой Силанс отгородилась от мира? Это казалось настоящей загадкой, и его чувства по этому поводу были весьма неоднозначными. С одной стороны, он был рад видеть, что его сестра наконец-то проявила интерес к парню, но с другой – его не на шутку тревожили истинные намерения Азриэля.

– Ну, по крайней мере, места нам точно хватит, – пошутил Азриэль,