Рядом с солью - Кэтрин Ваз

сделай маленькое дело – стерпи его гримасу. Мэри могла попытать счастья в других магазинах, но кроме того, что этот был любимым у папы, Джулиан славился большими продажами. Это был способ войти в мир и одновременно спрятаться. Ягоды будут распространяться от ее имени – ее небольшое предприятие.

– И она тоже? – Он дернул подбородком в сторону Пет, которую называли берберкой и арабкой, но она была так бесстрашна в своем смехе над глупцами, что Мэри волновалась за нее. Пет огрызнулась в ответ:

– Попробуйте. Боитесь?

После того, как Джулиан съел ягоду и прожевал лимон, предложенный Мэри, его брови взлетели вверх. Он сказал:

– Пенни за мешочек.

– Это несправедливо, – возразила Перпетуя.

– Мне не нужны черные ведьмы, которые будут говорить мне, что справедливо. Это обман.

– Да, мы ведьмы! – Перпетуя подняла руки и закачалась из стороны в сторону.

– Убирайтесь к черту из моего магазина! – закричал мистер Барр, и Мэри повела хихикающую Перпетую к выходу, когда подошла пожилая пара и поинтересовалась, не нужна ли ему помощь. Ведь в Спрингфилде развелось так много ночных женщин и продавцов ведьминских снадобий.

Мэри шила, пока Уорд преподавал в Иллинойсском колледже, и освобождала дом до его возвращения. Она раздумывала, что бессмысленно копит сшитые мешочки, пока ее ягоды вянут, но тут входная дверь открылась, и она почувствовала себя в жуткой ловушке. Уорд был поражен, обнаружив ее за «Зингером», и она извинилась, что оказалась тут не вовремя.

Он ответил:

– Я успел на ранний поезд. – Указав на свой портфель, он опустил голову, изобразив спящего, и пробормотал: «Эссе о генетике пшеницы». Когда она рассмеялась, он добавил: – Не извиняйтесь за то, что находитесь здесь.

Давно пора было раскрыть свойства ее урожая. Она пригласила Уорда попробовать чудо-ягоду в оранжерее и с нетерпением принялась ждать, вручив ему ломтик лимона. Он положил обглоданную кожуру на грядку для рассады, упомянул, что химические свойства ягод ускользнули от его исследований, и вместо звонкого восклицания спросил:

– Вы хотите продавать их, не так ли? Я могу помочь.

– Да. Но мистер Барр их не оценил.

Почему он не оказался более взволнован? Она надеялась на – что? Радостные прыжки? Она когда-то поделилась с Уордом азорской легендой о голубоглазом пастухе, которому не разрешили жениться на зеленоглазой принцессе: она выплакала зеленое озеро и утонула, а его слезы вызвали голубое наводнение, в котором он встретил свой конец, но также и вечную радость: их озера оказались навеки рядом, синее и зеленое. Эдвард не стал называть легенду смешной, но заметил: «Почему они не сбежали вместе вместо того, чтобы тонуть в печали?»

– Она приносит капельку удовольствия, эта ягода, но для чего она?

Мэри пошевелилась.

– Для удовольствия, я полагаю. – Она никогда не слышала, чтобы удовольствие мерили «капельками». Она добавила: – Она делает невкусные вещи съедобными. Это полезно. Дети будут есть то, что им не нравится, но что полезно для них.

– Я подумаю об этом, – сказал он, разворачиваясь на каблуках, как будто ему потребовалось срочно вернуться к студенческим работам про пшеницу.

Несколько ночей спустя он пригласил ее поужинать в его доме. Неужели ее одиночество делало каждого человека либо угрожающим, либо нереальным? В поместье приходили гости, раздавались взрывы смеха, женского смеха, мужского смеха, гости порхали в дом и из дома. Папа сказал ей сделать маленькое дело – прийти в дом Эдварда Мура. Индейский кукурузный пудинг и пирог с индейкой ждали на столе, освещенном восковыми свечами.

– Я читал о Мадейре, о ее кухне, но я не доверяю рыбе в Иллинойсе, даже речной, – сказал он, расставляя тарелки. Какой мужчина когда-либо делал подобное для нее? – Я купил бананы на десерт. Жареные с корицей, вариация того, чему вы меня учили.

– Я никогда не встречала мужчину, который бы готовил.

– Мне было бы неловко от сочувственных взглядов, если бы я каждый вечер ужинал в публичном заведении.

Она сказала, слегка поддразнивая:

– Жаль, что большинство мужчин не умеют быть хорошими женами. Моя названная тетя на Мадейре так говорила.

Мария была ошеломлена, когда он ответил:

– Я был помолвлен в Калифорнии, но Роуз была еврейкой, и обе семьи были против. Она не умела готовить, поэтому я занялся изучением кулинарного искусства.

Говори, скажи что-нибудь.

– Мне так жаль. – Она попыталась прочитать боль в его застывшем лице, но его выражение изменилось, чтобы скрыть ее.

– Вы спрашивали о моем прошлом, и я полагаю, что могу сообщить вам: я знаком с религиозным идиотизмом не понаслышке, как и вы.

– Эдвард. – Казалось, это было проявлением нежности – произнести его имя.

– Ешьте пирог, пока он не остыл. Нет смысла зацикливаться на древней истории. У меня есть предложение. – Он осушил порцию эля и выдавил: – Я имею в виду, что вложусь в ваш урожай. В продукте, который больше нигде не встретишь, есть потенциал. Я считаю женщин способными к бизнесу. Ваш отец одобрил бы это. Тропические ягоды не смогут расти здесь вечно и никогда не будут давать плоды в изобилии, но, как вы помните, у меня есть земля во Флориде. Мы должны вывести сорт с более длительным сроком хранения. Я предполагаю, что сила ягоды исчезает вскоре после сбора.

– Верно. – Она все еще не могла прийти в себя из-за Роуз, и это было написано на ее лице, потому что Эдвард отложил свои приборы и сказал: – Я не выставляю свои чувства напоказ, Мэри, но это не значит, что у меня их нет. Я мог бы научиться у вас быть более… не знаю. Эмоциональным. Осмелюсь ли я предположить, что могу научить вас быть менее импульсивной? Нет, беру свои слова назад. Вы такая, какая есть. Но вы могли бы решиться на более масштабные планы. Мы можем поэкспериментировать с вашим растением, попробовать высушить его: проверим, не станет ли это лучшей формой для перевозки. Как вам пирог с индейкой? – Он избегал ее пристального взгляда. – Я использую сало, а не масло.

– Сало. Оно приятное. Я не хочу переезжать во Флориду.

– Вам может понравиться тот климат. Часть масштабного мышления – это пробовать что-то новое. Другая часть – это понимать, что не нужно все делать самой. Вы – я – можем нанять рабочих. Мы инвестируем в ферму, найдем поставщиков, людей, которые знают железные дороги. Вы отнесли ягоды Джулиану, значит, хотите создать товар из того, что вы сюда привезли. Я помогу.

Неуклюже подбирая слова, она спросила, зачем ему это делать.

Он слегка покачал головой. Проигнорировав ее вопрос, он сказал:

– Вы спрашивали, почему я в Иллинойсе. Движущим импульсом стало то, что я уехал подальше от своего семейства после разрыва помолвки.