Одержимость - Кассандра О'Доннелл

Ни их бабушка, ни этот похожий на гробовщика мужчина, с которым она беседовала, не видели, как близнецы подошли к крыльцу со стороны подъездной дорожки. Но Ориэль отчетливо слышал, как они говорили о Силанс, и теперь задавался вопросом, чего этот незнакомец хотел от его сестры и почему у Мэри-Элизабет Крошмор было такое серьезное выражение лица.

– За мной, только тихо, – шепотом скомандовал он, подставив ногу, чтобы массивная входная дверь не захлопнулась до конца.

– Что ты делаешь? – пробормотала Силанс, видя, что он приложил палец к губам.

Ориэль нахмурился и едва слышно выдохнул:

– Я хочу знать, что задумала старая ведьма. И главное – выяснить, какого черта этот тип тут забыл и почему они говорили о тебе.

Силанс вздохнула.

– Дай угадаю: у тебя снова плохое предчувствие?

– Можно и так сказать.

Бесшумно проскользнув в холл, они направились к коридору, ведущему в кабинет дедушки.

– Слов вообще не разобрать, – прошептала Силанс, когда до них донеслись обрывки приглушенных фраз.

Ориэль кивнул, а затем осторожно нажал на ручку, чтобы слегка приоткрыть дверь.

* * *

– Вы меня сильно разочаровываете, Мортимер.

Скованный строгим черным костюмом, мэр ослабил серый галстук на накрахмаленном воротнике, словно ему не хватало воздуха, а затем со смущенным видом нервно провел рукой по лысеющей голове.

– Мне очень жаль, Реджинальд, но поймите мою ситуацию… Я обязан отчитываться…

– Перед кем? Вы занимаете кресло мэра лишь благодаря мне, Блейк.

– И я всегда был вам благодарен, признайте это. Но поймите, это дело полностью выходит за рамки моих полномочий.

– Как я уже говорил, а вы знаете, что я ненавижу повторяться, вы можете организовать празднества, но не смейте диктовать мне, как себя вести, или принуждать меня проводить эту церемонию. Будь то Мабон или что угодно еще, – заявил Реджинальд ледяным тоном.

– Если я правильно понимаю, вы… вы по-прежнему отказываетесь попытаться все исправить? – заикаясь, проговорил мэр Блейк бесцветным от волнения голосом.

Реджинальду Крошмору пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы не взорваться от ярости. Да что мог знать этот жалкий идиот? Имел ли он хоть малейшее представление о том, что чувствовал сам Реджинальд с тех пор, как Он перестал откликаться на его молитвы? Но даже если не брать это во внимание, после того, что он узнал о Силанс, вопрос отпадал сам собой: она больше не могла служить подношением.

– Напротив, я считаю, что это только ухудшит положение, – отчеканил Реджинальд тоном острым, как лезвие ножа. – И на этот раз мы рискуем окончательно погубить нас всех.

– Я не понимаю.

– Вам и не нужно понимать. От вас требуется лишь одно: доходчиво объяснить всем, что я никому, и я подчеркиваю – никому, не позволю тронуть даже волосок на голове Силанс.

– Но…

– Также передайте им, что уже слишком поздно и что никакие ритуалы не спасут этот город. Вам все ясно?

– Да, абсолютно ясно.

– Хорошо, тогда можете быть свободны.

* * *

Поняв, что разговор окончен, близнецы бесшумно ускользнули и вернулись в свою комнату, не встретив никого в коридорах.

– Как ты думаешь, чего от меня хочет мэр Уиспер-тауна? – с тревогой спросила Силанс.

Ориэль задумался. Силанс, Мабон… Казалось, все это было взаимосвязано. Но он не знал, какую роль в этой истории играла его сестра.

– Не знаю. Но, судя по угрожающему тону дедушки, точно ничего хорошего.

Силанс судорожно сглотнула.

– Но почему? Я его даже не знаю.

– Когда мы только пришли в школу, ты тоже никого не знала. И посмотри, что произошло.

Силанс кивнула. Куда бы она ни пошла, повсюду за ней следовали враждебные взгляды. Как будто у всего города был на нее зуб. И ведь она ума не могла приложить, чем умудрилась насолить местным, чтобы вызвать такую лютую ненависть, но…

– Знаешь, что сказали Стив Уилкокс, Нейтан и та девушка, когда мы были в туалете? Они утверждали, что я стала причиной смерти многих людей… что это моя вина… и что мне вообще не место на этом свете.

Ориэль закатил глаза.

– Перестань забивать голову этим бредом. Чушь собачья.

– Ладно, пусть так, но, возможно, они просто озвучили мысли всех жителей города.

– Силанс, не преувеличивай. За кого, по-твоему, они тебя в Уиспер-тауне принимают? За серийного убийцу?

– Нет, но… кажется, они видят во мне человека, который стал причиной гибели множества людей. Я не знаю почему, но…

Ориэль нахмурился.

– Вот именно, ты ничего об этом не знаешь, – оборвал ее он. – Я тоже не понимаю, почему они так тебя ненавидят. Но мы говорим о десятках тысяч людей, не могут же они все думать одинаково…

Силанс поразмыслила о том, что сказал Ориэль, и внезапно ей в голову пришла идея.

– Нет, у них есть что-то общее: они все члены одного культа.

Ориэль поморщился. Он и не думал об этом в таком ключе. Но теперь, когда слово «культ» прозвучало вслух, он был вынужден признать, что, вероятно, Силанс права.

– Ты сказал, что у тебя плохое предчувствие по этому поводу, верно? – спросила она.

– Да, так и есть.

– Что, если ненависть, которую они испытывают ко мне, вызвана их верованиями? Как думаешь, это возможно?

Ориэль колебался с ответом.

– Их верованиями?

– У них запрещено даже упоминать Бога, они переворачивают кресты… Я давно об этом думаю, но…

– Я знаю, но лучше прикуси язык. Поговорим об этом в другом месте, – ответил Ориэль, украдкой оглядывая комнату, словно опасался, что их подслушивают, а затем нервно добавил: – Даже если так, дедушка ясно дал понять мэру Блейку, что он не позволит никому причинить тебе вред.

– А что, если это все-таки произойдет? Что если дедушка не сможет меня защитить? – подумала Силанс.

– Не произойдет, – заверил голос.

– Мне страшно.

– Это не ты должна бояться…

– Допустим. Но ты видел, что произошло сегодня в школе? Представляешь, если взрослые тоже вобьют себе в голову…

Она осеклась, а потом тихо сказала:

– Дедушка не сможет защищать меня круглые сутки. Тем более если в это втянут весь город.

Ориэль нахмурился, убеждая себя, что она беспокоится напрасно. Целый город не мог желать зла тому, кто ничего не сделал, это просто не имело смысла. Так почему же что-то глубоко внутри него подсказывало, что сестра не ошиблась? Она как будто говорила правду, которую он уже знал.

– Я согласен.

– С чем согласен?

Ориэль подошел к сестре и прошептал ей на ухо:

– Мы доработаем план, о котором ты говорила на днях, и навсегда покинем этот безумный город и всех живущих здесь психов.

Силанс кивнула. Украсть машину из-под носа мистера