Системный Лорд II - Alexey Off

— Это тоже как-то связано с подземными тварями? — проницательно спросил я и откинулся на спинке стула, мысленно подсчитывая, сколько продовольствия можем выделить гномам.

— Верно. Монстры разграбили наши грибницы, отчего нам даже пришлось выбраться на поверхность в поисках пищи. Кое-как сводим концы с концами… — откровенно признался Брэнди, подергав кольца на бороде.

— Будет вам продовольствие, — пообещал я. — Но в меру, у нас у самих, как понимаешь, в ближайшее время с этим будет туго.

— Я понимаю.

— Хорошо… — я поднялся с места. — Пошли покажу, где вы можете расположиться. Скоро уже обед… Будете?

— Не откажемся, — заблестели глаза Брэнди.

Расположить я их решил в казармах дозорных у внешней стены. Посчитал, что внутрь деревни запускать этих облаченных в доспехи бородачей будет слишком опрометчиво. Пусть для начала покажут себя, и не окажется ли их помощь только на словах.

Гномы пришли в Орлейн после долго марша и ночи наблюдений за тем, как армия графа тонет в грязи. Поэтому после сытной похлебки бородачи тут же завалились спать в предложенном месте, оставив всего двоих гномов на дежурстве. Такое доверие многого стоит. В свою очередь с моей стороны: что они не засланцы графа или какой-либо иной враждебной стороны я увидел не только по ауре Брэнди, но и всех остальных гномов, когда они располагались в казарме. После сытного обеда некоторые бородачи и вовсе заимели яркие салатовые оттенки в аурах.

Вскоре из казарм потянулся басовитый храп. Невольно усмехнулся и покачал головой. Еще всего полгода назад я был легионером без будущего. А теперь со мной заключают союзы эльфы, сами приходят гномы, на моей земле рождаются духи, а в питомцах ходят аж целый молодой огненный дракон и легендарный лесной страж.

Торговля при посредничестве Товрина приносила стабильный доход. Пиво «Огненный солод» уже известно на весь Талберг, а медная жила давала еще большую надежду на будущее. Было за что бороться. Орлейн рос, креп, становился на ноги. На северном приграничье империи нет большей силы, чем у меня. Мое маленькое баронство успешно противостояло армии целого графа. Тут бы главное не возгордиться и… просто делать свое дело.

Вечером, когда суета в Орлейне поутихла, меня неожиданно позвал Леший. Я встретился с ним на северо-восточной опушке леса, где он в данный момент неподвижно отдыхал.

Подойдя, я положил ладонь на прохладную, местами обожженную кору и мысленно поблагодарил его за поддержку. Без него наша вчерашняя операция не прошла бы настолько же впечатляюще.

Помимо знакомых спокойных образов от Стража потянулись сильные ментальные импульсы, будто он хотел мне о чем-то сообщить, но не мог это передать правильным образом. Я закрыл глаза и попытался разобрать этот хаотичный поток.

И вскоре разглядел кое-что более разборчивое. Два ствола, сплетающихся в один. Две кроны, тянущиеся к одному небу. Корни, переплетенные так плотно, что уже не понять, где чьи. Общая боль. Общая сила. На миг у меня даже возникло странное чувство единения, будто по всем нервам ударило током.

— Ты говоришь о… слиянии? — забормотал я себе под нос и открыл глаза.

Лапы-ветви Лешего чуть дрогнули, а зеленые нечеловеческие глаза не моргая смотрели на меня, слегка светясь в сумерках.

Я вновь прислушался к потоку его образов, которые постепенно складывались в понятную картину. Выходило так, что Леший недавно обнаружил у себя эту способность, когда симбиотически «зацепился» за дерево и смог в считанные минуты благодаря этой связи восстановить свою энергию, что ранее занимало часы. Тогда он и подумал — а нельзя такое же сделать со мной. И что это способно нам дать?

Могу предположить, что в момент Слияния я увижу мир его глазами и услышу землю корнями. И наоборот. Наши тела и сознания станут единым целым, человек и дерево, плоть и кора, кровь и сок. Откроются огромные возможности для синергии… А уж в боевом плане…

Но какова будет плата? Ни я, ни Леший не знали, какую цену за это придется заплатить. И неизвестно — вернется ли все как было.

Я похлопал стража по коре и сказал, дублируя ментальными образами:

— Сейчас не время на такие эксперименты, друг. Звучит слишком опасно и для тебя, и для меня. Давай попробуем эту способность после того, как все уляжется? Или… — я крепко задумался. — В крайнем случае?

Леший спокойно со мной согласился, не настаивая.

Я задержался на опушке еще на несколько минут, обсудив с ним сегодняшнее сражение, что можно было бы улучшить и как снизить риски ранений. Мне, например, понравилась его неосознанная идея покрывать кору плотным слоем мокрой земли для дополнительной защиты от оружия и стрел. Возьмем на вооружение. Заместо земли можно будет попробовать ему сделать глиняную броню… Правда, не отразится ли это критично на его и без того не быстрой скорости? Что еще есть помимо глины, но более легкое? Дополнительный слой старой коры? Живой мох? Везде были свои нюансы…

Попрощавшись со стражем, я вернулся в Орлейн.

Так минуло еще несколько дней.

Все «хорошее» когда-нибудь кончается и одним весенним утром вода почти полностью ушла, обнажая то, что после себя оставила: лужи, грязь, трупы людей и животины, гниль, обломки телег и опрокинутые шатры — если говорить о восточных подступах к Орлейну.

Теперь предстояло все полезное собрать с поля боя, а трупы снести в общие могилы и селитряницы, подальше от стен, чтоб запах не донимал и не началась эпидемия. Оружие, доспехи, все что уцелело — в кузню, на переплавку и доработку. Кожу с доспехов — кожевникам и подошвы для сапог. Колеса с уцелевших телег — в ремонт; оси и железные полосы — на склад. Лошадей без всадников, коих выловили по лесам, — в конюшни. Упряжь, седла, сбрую — в каптерку. Даже войлок из грязных мокрых шатров не пропадет даром — отдадим бабам на подстилки скоту и утеплители.

Пока егеря и эльфийки следили за передвижениями врага, сотня дружинников и простых мужиков методично освобождала территорию бывшего осадного лагеря. Работы хватило всем до самого вечера. Люди выходили в низину группами, с телегами, с носилками и мулами. Подбирали оружие, снимали доспехи с мертвецов, которые уже начали разлагаться по жаре и влаге. Тела складывали в стороне и накрывали трофейной холстиной с шатров.

Я сначала со стены контролировал процесс, а потом и сам спустился в поля, обозревая окрестности и прикидывая, где можно прикопать сюрпризы, если враг надумает еще раз расположиться в этих местах лагерем. Судя по тому, что тот не покидал