Инвестиции и трейдинг: Формирование индивидуального подхода к принятию инвестиционных решений - Саймон Вайн

2011 г. в Европе разразился финансовый кризис из-за неспособности ряда европейских стран (Греции, Ирландии, Португалии и, как опасался рынок, Испании и Италии) платить по своим долгам. Одним из путей преодоления кризиса было проведение структурных реформ, но к такому решению оказались неготовыми правительства. По мере того как лидеры этих стран проигрывали на выборах и менялись, надежда на реформы приобретала реальные черты, но было понятно, что быстро провести их не удастся. Поэтому встал вопрос о срочных мерах стабилизации финансовых рынков Евросоюза. Одним из механизмов стабилизации мог бы стать ESFS210, однако европейским правительствам нужно было найти €1 трлн, чтобы профинансировать его. Забрать эти деньги у налогоплательщиков напрямую правительства не смогут. Есть, конечно, частные инвесторы, но они вряд ли дадут деньги: их надолго напугало все, что касается и понятия «высшая категория кредитного рейтинга», на котором они обожглись в 2008 г., и понятия «надежность европейских правительств», которая оказалось в равной мере зыбкой.

Значит нужны те, кто поддается административному давлению. А среди таковых первыми оказываются банки. Министр финансов Франции продемонстрировал, как это будет происходить: собрал глав банков и приказал немедленно найти деньги для рекапитализации. Для правительства, может, это и правильное решение, а для акционеров банков это означает, что их «размывают», т.е. отнимают надежду восполнить убытки от «добровольного» прощения долгов Греции и потерь на долгах правительств стран — членов еврозоны. Интересно, кто будут эти новые акционеры, которые купят акции банков в ситуации полной неопределенности в этом секторе? Скорее всего, правительства должны будут помочь. Но отважатся ли политики помогать тем, кого вот уже три года обвиняют в разрушении системы и кто в глазах избирателей являются «кровопийцами на теле народа»? Не является ли недальновидным постоянное поношение политиками банков и банкиров с точки зрения спасения Европы?

Мудрые люди говорят, что один из наиболее надежных способов поссорится с лучшими друзьями или родными — дать им деньги в долг. Оказывается, что возвращать их не любят, а если настаиваешь, то и вообще становишься врагом должника. Следующим шагом должники перестают отвечать на звонки кредитора, или, как сделал Папандреу211, выносят требования кредиторов на «справедливый суд народа», который эти долги платить не хочет. Таким образом, личный опыт и греческий эксперимент с референдумом близко перекликаются и продолжают традицию отношения к банковской индустрии, которая прослеживается со времен Средневековья.

Помните повествование о жизни Филиппа IV Красивого, короля Франции в начале XIV в.? Сначала все растратил, потом по очереди уничтожил или изгнал всех, кто финансировал его потребности: евреев, ломбардцев и тамплиеров, чтобы долги не нужно было возвращать. Так же поступили испанские короли в XVI в. с немецкими и генуэзскими банкирами. Так же поступали десятки других князей и царьков с банкирами всех национальных и религиозных типов.

Принцип правителей во все времена был прост: никто не теряет народной популярности, уничтожая банкиров. Но история дает и другой урок: после низведения финансистов страны надолго впадают в тяжелейшие времена экономического застоя. К сожалению, последние три года у нас на глазах разворачивается аналог этих, казалось бы, ушедших в историю ситуаций.

Сегодня в США и Европе толпы доведенных до отчаяния людей собираются на митинги и выступают против всего и всех. Все задаются вопросом «кто виноват?». Первыми среди виноватых оказываются банки. Вековая ирония: правители и правительства ублажают себя или народ занятыми у финансистов деньгами, потом, когда настает время отдавать долги, обвиняют их в предательстве собственного народа. Сегодня не убивают и не изгоняют, как когда-то, а отнимают у акционеров банков их акции путем национализации или размывания.

В Америке этот процесс сопровождается обвинениями, что банки — спекулянты, а в Европе… даже не обвиняют их ни в чем, так как теряют-то из-за провалов самих государств212.

Если страдающим людям хоть какое-то объяснение лучше никакого, то вот политикам, реально заботящимся о своих государствах, к этому объяснению нужно бы подходить очень осторожно, и особенно европейцам, которые, к несчастью, не смогут рефинансироваться без банков и не смогут поддержать экономику без них.

Немного об истории проблем. Начнем с США. То, что злоупотребления за банками водились, сомнения нет. А вот то, что они при этом предали доверие народа — неправда. Именно в том, что они раздавали деньги массам бедных американцев, многие критики и видят причину кризиса. Иными словами, народ в лице менее состоятельной части среднего класса оказался получателем банковских кредитов, а потом перестал их возвращать, что вызвало кризис. И акционерами этих банков в большинстве своем были не абстрактные богачи, а пенсионные и паевые фонды, которые агрегировали деньги «народа». В лице их представителей в советах директоров «народ» одобрял агрессивные планы менеджмента банков, выгоняя тех менеджеров, кто не бежал в пропасть так же быстро, как другие. Правда, тогда то, что стало пропастью, казалось светлым будущим.

Но это лишь поверхностное объяснение. Есть и более глубокие исторические корни кризиса. Кризис 2008 г. — это провал попытки некоторых западных государств решить проблемы обеднения населения с помощью рынков капитала как одного из основных инструментов социальной политики. Может быть, никто эту стратегию борьбы с падением стандартов жизни не озвучивал, но именно дыхание социальных приоритетов чувствовала вся банковская элита. США, Великобритания и другие государства не находили способов сохранить уровень благосостояния населения. Люди работали больше за те же деньги или залезали в долги, чтобы хотя бы защитить привычный уровень жизни. И вдруг рынок нашел решение проблемы «где на всех найти деньги». Нашлись они у банков и фондов. Но инвесторы не могли напрямую помочь населению финансировать дома и машины, так как инвестировали только в ликвидные финансовые инструменты. Как раз к тому времени развившийся механизм секьюритизации и помог превратить небольшие разнородные кредиты населению в ликвидные финансовые инструменты. Так многотриллионный рынок секьюритизации стал инструментом государства в поддержании уровня жизни населения.

В США государство не остановилось на стимулировании рынка частных инвестиций. Контролируемые и гарантируемые им структуры стали крупнейшими инвесторами во все продукты, повышающие благосостояние народа. Их действия были куда более безответственны, чем действия банков. В отчете Национальной комиссии по расследованию причин финансового и экономического кризиса в США, выпущенном в 2011 г., указывается, что в конце 2007 г. их суммарный леверидж (отношение заемных средств к собственным) составил 75 к 1. Это почти в два раза больше, чем у большинства американских инвестиционных банков, включая Lehman Brothers. Кстати, большинство в советах директоров этих госкомпаний составляли именитые бывшие госслужащие, а защищали их в конгрессе от попыток реформ те самые Крис Додд и Барни Франк,