Одержимость - Кассандра О'Доннелл

– Ты меня не слышал? Разве я недостаточно ясно выразился? – оборвал его Грегори тоном, острым как бритва.

Эрик Хэмпстед немедленно поднял руки, показывая, что сдается, и сказал:

– Ладно, в конце концов, он твой сын. Тебе решать.

Питер Грэм улыбнулся. Остерегаться следует не той собаки, которая лает, как Хэмпстед, а той, которая молча вцепляется в горло, как Ларсон. И он прекрасно знал, к кому из этих двух мужчин ему категорически не стоит поворачиваться спиной.

– Слушайте, я не хочу поднимать шум. Так что, если вы хотите, чтобы я остался, я останусь, но…

Грегори Ларсон не дал ему закончить:

– Да, мы хотим, чтобы ты остался, Питер.

Тот тяжело вздохнул.

– Очень хорошо. Но я надеюсь, вы знаете, что делаете.

* * *

Каменная брусчатка во дворе перед особняком была влажной и поблескивала, словно после дождя. Закатав рукава рубашки, мистер Барнетт только-только закончил мыть машину, когда заметил подбегающего к нему Ориэля Крошмора.

– Мистер Барнетт, простите за беспокойство. Не могли бы вы отвезти меня в библиотеку, пожалуйста?

Последний удивленно поднял брови.

– В библиотеку?

– Да, я хотел бы взять там несколько книг для моей сестры.

Фрэнк Барнетт в замешательстве почесал шею.

– Извините. Дело в том, что… я не могу никуда вас отвезти без разрешения мистера Крошмора…

– Не волнуйтесь, он об этом знает, – тут же успокоил его Ориэль.

Шофер улыбнулся, обошел машину, чтобы открыть заднюю дверь, и сказал:

– Поехали.

Библиотека Уиспер-тауна располагалась прямо в центре города, но поскольку автомобилей на улицах было мало, Фрэнк без труда отыскал парковочное место прямо напротив входа.

– Я ненадолго, – бросил Ориэль, вылезая из машины. Он перебежал дорогу и скрылся за массивными дверями здания.

* * *

– Здравствуйте. Подскажите, пожалуйста, где можно найти карту города? – спросил Ориэль у суровой на вид рыжеволосой женщины за стойкой.

Нахмурившись, библиотекарша поправила очки на носу. Она знала большинство молодых людей, зарегистрированных в библиотеке, а этот был ей совершенно незнаком.

– Не думаю, что я видела тебя здесь раньше.

– Я новенький, совсем недавно переехал в Уиспер-таун. Потому мне и нужна карта города. Признаюсь, я порой могу заблудиться.

Женщина изумленно округлила глаза. Новенький? В Уиспер-тауне отродясь не бывало никаких новеньких, если только…

– Ох, ну конечно! Вы, должно быть, Ориэль, внук мистера Крошмора! – воскликнула она.

– Так и есть. А что насчет карты?

Она покачала головой.

– Извините, но у нас ее нет. Видите ли, это маленький городок. Все здесь родились, в Уиспер-тауне, и прожили тут всю жизнь. Людям, как правило, не нужны карты. Но вы можете найти карту в департаменте городского планирования или дорожного движения. Одна из моих подруг, миссис Пратчетт, работает в мэрии. Хотите, я спрошу у нее, может ли она вам помочь?

Ориэль покачал головой.

– Нет, не стоит беспокоить ее по этому поводу. Я справлюсь.

Рыжеволосая женщина улыбнулась ему.

– Знаете, хоть у нас и нет карты, но зато есть отличные книги. Вам стоит на них взглянуть.

Ориэль кивнул. Возвращаться с пустыми руками не хотелось, да и найти чтиво для Силанс казалось неплохой идеей. Он надеялся, что это сможет ненадолго ее отвлечь.

– Конечно, спасибо, – ответил он и отправился бродить между книжными стеллажами.

Библиотека оказалась небольшой, и ему потребовалось всего несколько минут, чтобы заметить: на полках не было ни одного из любимых авторов Силанс и вообще ни одного известного произведения. Только старые фолианты, написанные людьми, о которых он никогда не слышал, да иллюстрированные справочники по орнитологии[8], судостроению, ихтиологии[9], кулинарии, садоводству, сыроварению, рыбоводству и тому подобному.

– Ну как? Та, что об орангутанах, невероятная, правда? Смотрите! – воскликнула библиотекарша, внезапно выросшая у него за спиной.

Ориэль взял книгу, которую она ему протягивала, перелистнул несколько страниц и сказал:

– Да, очень красиво. Могу я задать вам вопрос?

– Конечно.

– Откуда взялись эти книги? – спросил он, указывая на старые издания в мягких обложках.

– Их написали жители Уиспер-тауна, и напечатаны они тоже в нашем городе. Большинство из них рассказывают о жизни авторов или об истории их семей. У нас хранится примерно по пятьдесят экземпляров каждой книги.

Ориэль поднял брови. «Зачем так много?»

– Вместо того чтобы хранить столько экземпляров одной и той же книги, почему бы не привезти другие откуда-нибудь еще?

– Мы так и делаем… но нам приходится ограничиваться лишь теми произведениями, которые одобрила община.

– Понятно, – вздохнул Ориэль, подумав про себя, что это, наверное, даже приятно, когда кто-то принимает все решения за тебя.

Тот, кто расскажет тебе, как жить, что читать, во что верить. Тот, кто возьмет на себя всю ответственность и, самое главное, будет думать за тебя. Да, это, должно быть, приносило облегчение… во всяком случае, такая судьба представлялась ему куда завиднее того положения, в котором оказался он сам. Принимать все решения в одиночку – задача не из легких, и он чувствовал, как груз на его плечах с каждым днем становится все тяжелее. Столько преград, столько проблем – впору было поверить, что какая-то неведомая сила просто издевается над ним.

– Мистер Крошмор?

Ориэль на мгновение отвлекся от своих мыслей и повернулся к библиотекарше.

– Я возьму книгу об орангутанах.

* * *

Как только Ориэль ушел, Силанс рухнула на кровать и проспала как минимум два часа. Теперь она чувствовала себя лучше, хотя тело немного одеревенело. Встав с кровати, она приняла душ и быстро оделась.

– О, наконец-то хоть какое-то движение. Так и со скуки помереть можно, – сказал голос.

– Я устала. Имею я право просто устать или нет?

– Ладно-ладно… теперь мы можем пойти прогуляться?

– Раны на ногах еще не зажили…

– Ну и что с того? Ты же не собираешься снова лечь в постель?

– Нет, но я обещала Ориэлю не выходить из комнаты.

– Твой братец параноик, каких поискать. Он думает, что я не в состоянии за тобой присмотреть?

– Не хочу тебя обижать, но я не понимаю, как плод моего воображения может меня от чего-то защитить.

– Брось эти игры, мне они уже порядком надоели. Я знаю, о чем ты думаешь, не забывай. Часть тебя уже знает правду.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Ну конечно.

Силанс поморщилась. Ее контроль над реальностью ослабевал с каждым днем. Она больше не могла рассматривать голос как проявление своего бессознательного и постепенно начинала видеть в нем полноценную личность.

– Ты права, хоть я не человек, личность у меня есть, – усмехнулся голос, читая ее мысли.

– И она мне не очень-то нравится, – поморщилась Силанс.

– Есть замечания?

– Даже не знаю, с