Одержимость - Кассандра О'Доннелл

чего начать… Ты говоришь бессвязные вещи, паясничаешь в серьезные моменты, вечно толкаешь меня на рискованные поступки…

– Я уже говорил: ты принимаешь все слишком близко к сердцу.

– Слишком близко сердцу?

– Да! Относись к жизни проще.

Силанс издала нервный смешок.

– Не могу поверить, что мы это обсуждаем…

– Ладно, значит, отправляемся на прогулку по особняку?

– Чтобы я потерялась в длинных коридорах и комнатах, населенных призраками? Ни за что.

– Пф-ф… Иногда я просто ума не приложу, что мне с тобой делать.

– Эй! Если я тебе не нравлюсь, никто тебя не держит.

– Ах, то есть ты думаешь, что у меня есть выбор? Я прикован к тебе, как и ты ко мне.

– Вот видишь! Что я говорила? Ты опять несешь какую-то непонятную для меня чушь.

Голос тихо рассмеялся:

– Тебе когда-нибудь говорили, что лгать очень нехорошо?

Глава 31

– Как долго ты планируешь прятаться в моей комнате? – Нейтан вздохнул, наблюдая, как Азриэль поглощает остатки принесенной ему еды.

Тот пожал плечами. После стычки, произошедшей в академии, он предпочел не возвращаться домой. Во-первых, потому что подрался с сыном одного из друзей отца, за что его явно по голове не погладят. Во-вторых, потому что Грегори Ларсон наверняка придет в бешенство, когда узнает причину их ссоры.

– Моему отцу нужно время, чтобы успокоиться.

– Значит, ты собираешься торчать здесь до конца своих дней? – усмехнулся Нейтан, наблюдая, как Азриэль ставит пустую тарелку на прикроватный столик.

– Вероятно. Но если тебя это беспокоит, я могу…

– Да шучу я, шучу! Можешь оставаться столько, сколько потребуется, – ухмыльнулся Нейтан, слегка ударив его по плечу. – Нам просто нужно быть осторожными. Мой отец не такой… раздражительный, как твой. Но думаю, у меня будут большие неприятности, если он узнает, что ты прячешься в моей комнате. Особенно если твой отец обратится в полицию, – добавил Нейтан, поморщившись.

Полиция? Азриэль сильно в этом сомневался… Его отец был не из тех, кто позволяет посторонним вмешиваться в его дела, особенно семейные. Нет, он, вероятно, рассчитывал, что Азриэль в конце концов вернется сам, как только будет готов признать свои ошибки, потому что так уж он был устроен. Грегори Ларсон никогда не извинялся и не задавал вопросов. Его не заботили чувства других. Единственное, что имело для него значение, – страдания и гнев, которые чувствовал он сам.

– Я осознаю, как сильно ты рискуешь ради меня. Знаешь, пожалуй, я…

– Пф-ф… это пустяки. И потом, оно того стоило! Честно говоря, я не ожидал, что ты способен навалять такому бугаю, как Сэмюэль Хэмпстед.

Азриэль тихо рассмеялся.

– Так вот какого ты обо мне мнения? Ну спасибо, дружище.

– Кроме шуток, это было эпично! – ответил Нейтан с восторженным блеском в глазах.

– Ты тоже неплохо справился, – заметил Азриэль.

– Да, но мой отец был в ярости. Слышал, как он орал?

Азриэль кивнул с понимающей усмешкой.

– Трудно было не услышать. Я ведь прятался под твоей кроватью! Он велел тебе не высовываться и быть паинькой хотя бы несколько недель.

Нейтан кивнул.

– Если не считать оскорбления, крики и угрозы, то, пожалуй, на этом все.

– И поскольку ты у нас мальчик послушный и прекрасно осознаешь свою ответственность, ты тут же подумал: «О, а не приютить ли мне беглого друга?» – съязвил Азриэль.

Нейтан посмотрел на него и рассмеялся.

– Точно! Как ты догадался?

* * *

На обратном пути Ориэль пребывал в раздумьях. Если бы он рассказал Силанс о нападении на мэра Блейка, она могла начать задавать вопросы и связать это событие со своим исчезновением прошлой ночью. Он тщательно спрятал ее окровавленную ночную рубашку. Но его сестра была далеко не глупа, и он прекрасно понимал, что в конце концов она соберет кусочки головоломки воедино. Силанс, конечно, не сразу поверит, что способна на подобное, но во время следующих провалов в памяти эта мысль начнет пускать корни. В конце концов она поверит, что не просто сошла с ума, а причиняет вред людям… и тогда у нее может начаться паника. Именно этого Ориэлю хотелось избежать любой ценой. Он заметил, что именно в такие моменты – моменты сильного страха – голос перехватывал контроль над его сестрой. А значит, ему нужно было постараться не волновать и не тревожить ее. Другими словами, ему придется скрыть не только произошедшее с мэром, но и свой разговор с дедом о договоре, заключенном их предком; об их наследии и этом проклятом Мабоне. Впрочем, последний пункт не имел особого значения, поскольку близнецы рассчитывали уехать из этого города как можно скорее.

– Держи, – сказал Ориэль, протягивая Силанс книгу об орангутанах.

– Что это такое? – удивленно спросила она.

– Книга, которую я нашел в библиотеке, – ответил он, со вздохом облегчения отмечая, что она послушно сидела в их комнате, как и обещала.

Силанс нахмурилась.

– Э-эм… ладно. А карта города?

– У них ее нет. Библиотекарша предложила попросить ее подругу из мэрии достать мне карту, но я предпочел отказаться, потому что люди в этом городе, кажется, жить не могут без сплетен. Я не хочу, чтобы слухи дошли до дедушки и он начал задавать вопросы.

– Значит, нам придется обойтись без карты?

Ориэль пожал плечами.

– Город не такой уж и большой. Мы справимся.

Силанс скептически поморщилась – ответ брата ее не убедил. Да, Уиспер-таун не был мегаполисом, но на его полупустых дорогах угнанная машина будет как на ладони. Если они хотели добраться до Хантингтон-Орна как можно быстрее, им нужен был надежный план.

– Как скажешь…

* * *

Мистер Неверс нервно сглотнул. На первый взгляд казалось, что ничего не изменилось. Все выглядело точно так же, как и накануне. Кладбище по-прежнему располагалось рядом с лесом, вокруг надгробий росла трава, насекомые копошились возле могил. Все было нормально, если не считать висевшего в воздухе зловония. Этот прогорклый, едкий запах заполнил его ноздри, вызывая тошноту.

– На вашем месте я бы туда не возвращался, – сказал Добсон, помогая ему закрепить железные цепи над гробом.

Услышав его, мистер Пракстон и Фрэнк Барнетт молча кивнули, показывая, что они согласны с садовником. И мистер Неверс, вероятно, с радостью последовал бы этому совету, если бы Реджинальд Крошмор не велел ему ежедневно заглядывать в мавзолей и проверять, на месте ли цепи.

Будучи добросовестным работником, смотритель обошел территорию поместья и засыпал яму, которую какой-то зверь вырыл под забором, а затем отправился на кладбище, как приказал хозяин. До наступления сумерек оставался еще как минимум час, но тени уже начали удлиняться, и от этого становилось не